Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
2023
Таймлайн
19122023
0 материалов
Поделиться
Новые времена
Елена Грачева об «Алеше Поповиче...»

Что и говорить — [«На краю Земли»] совершенство. И, как любое совершенство, — тупик: и что теперь? Да, штук восемьдесят наград на разных фестивалях. А Бронзит соскакивает с разогнавшегося поезда и плетется дальше пешком, сворачивая у каждого светофора: а тут что?

Рекламные ролики. 3D анимация в фильме «Божество». Полнометражный и коммерческий «Алеша Попович...». Критики хватаются за головы: куда? Ведь так все было хорошо! Была ведь такая замечательная авторская анимация, и вот... Даже «Божество» рецензируется с сожалением: фильм-то хороший, да формат подкачал, уж больно модный... Не авторский.

На самом деле, «Божество» стало 3D только потому, что Бронзиту понадобился многорукий бог, а плоскостной рисунок, как решил режиссер, для такой фактуры не годился. А если делать объем в студии — то как будет муха летать? Не на веревочке же? Так коммерческий формат произрос из совершенно некоммерческой задачи. «Алеша Попович и Тугарин Змей» — в некотором смысле обратный пример. Как из коммерческой задачи произрос некоммерческий режиссерский опыт.

Полнометражный мультфильм для кинопроката — это совсем другое кино.

Большой жанр. Другая композиция, другой ритм, другой объем. Другой сюжет — одним внутренним движением и внутренним событием не обойдешься. Общие, средние и крупные планы. Герои с характерами, т. е. пресловутой психологией. Да и самих героев сильно побольше. Разные рамки, разные декорации. И, ко всему прочему, чужой сценарий и немыслимые сроки: год на полнометражный фильм. Подчеркнем: коммерческий полнометражный фильм. Т. е. полная противоположность всему тому, что до этого делал Бронзит. Как хотите, но это — профессиональный вызов.

«Алеша Попович...» стал, как плод брака по расчету, дитятей не до конца родным, но все же не бастардом; не шедевром, но и не халтурой; с ярко выраженными родимыми пятнами стахановского аврала, но и невысокомерного профессионализма. А с многих точек зрения — фильмом любопытным и даже поучительным.

Во-первых, былина как материал оказалась попаданием стопроцентным. Это не просто «наше, свое, родное», а такое «родное», которое существует в отечественном сознании одновременно на двух абсолютно противоположных полюсах. Высоком — героика, история, патриотизм, пафос, «русская земля», «выходи, идолище поганое», и т. д. И низком — в виде ширпотребных «трех богатырей», растиражированных на ковриках, конфетных обертках и папиросных коробках. Вошедших в анекдоты именно потому, что громокипение пафоса всегда рождает защитную иронию. Поэтому для травестийной игры три богатыря, никогда не встречавшиеся вместе в реальных былинах, — эдакие Атос, Портос и Арамис, кодифицированные Васнецовым, — годятся гораздо лучше, чем любой герой волшебной сказки. Когда в фильме Алеша Попович возвещает: «Пусть отведают силушки богатырской!» — героически жестикулируя и сшибая при каждом движении с пенька несчастного деда, который шлепается самым комическим образом, — это и есть наглядная формула опрокидывания, иронического снижения. Надо сказать, самый что ни на есть фольклорный прием. И постмодернистцкий одновременно.

И там, и там — разборка клише, комическая деавтоматизация. Способы тут все известные. Реализация метафоры: Алеша растет «не по дням, а по часам» буквально. Перемещение объекта в другой культурный контекст: дупло-лохотрон, к примеру, или оттиск «2garin» на золотом слитке. Совмещение внутри одного пространства архаического образа врага — темной силы, т. е. реального хтонического черного облака (которое даже не умеет членораздельно слова произносить и издает только междометия голосом самого Бронзита), и совершенно не эпического князя Владимира, который вместо того, чтобы быть святым, как ему положено, тырит золото у ростовчан не хуже самого заклятого врага (и озвучен Сергеем Маковецким с неповторимо современными интонациями). И т. д., по Проппу и Леви-Строссу.

Во-вторых, создатели фильма сообразили главное: сейчас зрительскую симпатию к безупречному героическому герою пробудить невозможно. Он может вызвать только скуку, переходящую в зубную боль. Чтобы справиться с инерцией казенного патриотического занудства, потребен не Александр Невский (или, простите, Святой Владимир), а тот самый охлопковский увалень, который речей говорить не горазд, зато оглоблей садить умеет и обладает вечно незамутненной харизмой «простого человека»: не шибко умного и задачливого, но сильного, доброго и симпатичного. Да к тому же и влюбленного — в девушку и Родину одновременно.

Дальнейшее было только делом техники: поместить его в родную Бронзиту стихию гэга и тем самым довершить превращение былинного молодца в лирического придурка клоуна. А чтобы отсечь поползновения — посчитать этого новоявленного героя трикстером, выдать для правильного фона (потому что по прямому назначению так и не используют!) богатырского коня: редкостную скотину во всех возможных смыслах этого слова. И окружить персонажами в тон, чтобы не заскучал в одиночку.

В-третьих, плоский лубок, с одной стороны, вполне подошел по стилистике, а с другой — сэкономил время и деньги. И заодно дал возможность не ввязываться в неродной 3D. Причем Бронзит не отказал себе в удовольствии порезвиться и с плоскостью — создав, к примеру, березовый лес, который, как эшеровская обманка, с легкостью разворачивается в любую сторону, потому что он все равно — фикция, дурачение головы. Бронзит был бы не Бронзит, если бы позволил зрителю забыть о том, что анимация суть чистой воды условность, а потому вещь сколь несерьезная, столь и магическая.

Ну и так далее. Как бы ни морщились, а, судя по результату, Бронзит выкрутился. И выкрутился не только с наименьшими потерями, но и с некоторыми несомненными приобретениями: опытом нового тайминга, нового монтажа, а главное — нового героя, с психологией, пусть пока такой простенькой. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Любопытно, что ровно те же крупные планы и психологически точные вещи появляются у Бронзита и в другом фильме, который делается параллельно: «Кот и лиса» для пилотовского проекта «Гора самоцветов». Здесь иронический код, сквозь который пропускается фольклорная сказка, скорее щедринского свойства — чего стоит одна только пуговица-глаз как атрибут власти и способ самоидентификации! Но как только пуговица эта из глаза вываливается, она немедленно приглашается на главную роль в старой и любимой самодостаточной игре с предметом.

Приключения этой пуговицы, ее перекатывание из кода в код, пока несколько механическое, наводит на мысли. Судя по всему, даже для исполнения любезного режиссерскому сердцу клоунского гэга Бронзиту уже не хватает услуг персонажей-статистов. Теперь ему нужен герой. И, похоже, не просто клоун, а герой трагикомедии. Тот, который, перебрав все балаганные способы извлечь комическое из застрявшей тросточки и доведя зрителей до истерики, все-таки в конце концов извлекает эту тросточку из щели, берет ее в руку и бредет себе дальше уже по вполне психологической истории. Ну, конечно, время от времени спотыкаясь, поскальзываясь или залепляя кому-нибудь кремовым тортом в рожу... Как же без этого. Новые времена.

Грачева Е. Новые времена Константина Бронзита // Сеанс. 4 февраля. 2010

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera