Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
Преодоление отчуждения
Алена Солнцева о фильме «Тюльпан»

Документалисты приходят в игровое кино, когда начинают понимать, что настоящую драму из жизни на экран вытащить слишком трудно: либо этика мешает, либо эстетика. Сергей Дворцевой сам сформулировал, что в его документальном кино «чем хуже для героя, тем лучше для режиссера... И тут только два выхода: либо ты снимаешь, отдавая себе отчет в тех последствиях, которые это будет иметь для героя и для тебя самого, либо отказываешься от съемки». В последнем документальном фильме Дворцевого «В темноте» его герой, слепой старик, плетет авоськи и бесплатно предлагает их прохожим. А те — не берут. Старика ужасно жалко, но автор не может организовать ему спрос на авоськи, потому что это разрушит, собственно, сюжет картины. Тут либо снимай, либо — помогай. Совестливый Дворцевой этого противоречия не выдерживает и решает, что в игровом кино ему будет проще обойтись с героем по своей прихоти. Поэтому он заказывает сценарий одному из самых мейнстримных сценаристов Геннадию Островскому, затем находит под него деньги и уезжает в Казахстан за 500 км от любого нормального населенного пункта и четыре года снимает документальное кино, постепенно превращая своих актеров в персонажей кочевой казахской степной жизни.

В результате от первоначального сценария остаются рожки да ножки, в фильме снимаются непрофессионалы, оператор бесконечно наблюдает овечьи роды, новые эпизоды забегают в фильм с резвостью верблюдихи, случайно попавшейся на глаза режиссеру, а задуманные сцены столь же спонтанно исчезают, поскольку член у осла так и не встал... Дворцевой же сообщает: «Этот фильм как дерево рос. Поэтому было так мучительно, так долго. Я сознательно пошел на это, но я знал, что я сохраняю, ради чего я это делаю. Мы использовали то, что жизнь подбрасывала».

В сущности, «Тюльпан» — тот самый компромисс, которого алчет современный кинематограф. Документализм изображения плюс сюжет, подстегнутый авторской фантазией. Не так занудно, как длительное авторское наблюдение над реальной жизнью, в которой хрен дождешься драматической ситуации под камеру, но и не так искусственно, как все, что специально придумывает автор, а потом старательно исполняют актеры.

Сюжет в «Тюльпане» особого значения не имеет — равно как и текст, который идет с экрана. Но сюжет есть — лопоухий юноша, вернувшийся из армии (что за армия, где родители, откуда он вообще взялся, — это все условности, обстоятельства места, на них и внимания обращать не надо), хочет жениться. А невест в округе нет. Единственная девушка на выданье юноше нравится. А он ей — нет. Потому что у него большие уши и потому что он хочет остаться в степи, а она — учиться в институте и жить в городе.

На самом же деле в фильме происходит совсем иное действие — и оно-то и важно. Некий юноша приезжает в степь. Степь — очень красивая, в ней есть что-то не сформулированное, не объяснимое, но притягательное для Дворцевого, который это видит и показывает зрителю. Но степь — особая зона. Юноша, приехавший из внешнего, другого мира пока этого не понимает. Он не чувствует степь, не слышит ее и побаивается ее жизненной силы и простоты... Это понимает муж его сестры — и шурин его страшно раздражает... И муж, и сестра, и их дети — это «натуральные» люди, часть степи и природы, они в ней свои... А юноша — чужой. Он и себе — чужой, он нелепый, глупый. Неловкий, потому что не слышит главного. И его все тут отторгает: и степь, и невеста, и старший мужчина...

Преодоление отчуждения, своей чуждости, инициация естественного человека, отрекающегося от наносных стереотипов ради подлинности — вот это и есть содержание фильма. Которому вся эта история сватовства нужна была как предлог — потому что режиссер Дворцевой по природе — документалист, то есть его талант — видеть конфликт и проблему не в столкновении характеров, а в подробностях и деталях, в ощущениях. Поэтому он сидит и ждет ветра — чтобы степь правильно дышала в кадре. И снимает роды овцы одним планом — и эта сцена становится кульминацией. В ней происходит главное, ради чего это кино и снималось: в ней рождается жизнь, и рождается правильная реакция человека на эту жизнь. То есть юноша, наконец, понимает, в чем — ценность, чего стоит бояться и чему радоваться. И мы это видим и этому верим. Что и является сутью контакта между зрителем и кинематографом, и что почти безнадежно разрушено среди условностей современного игрового кино.

Солнцева А. Как игровое кино сделать документальным // Сеанс. 2009. № 37–38.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera