Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Через рифы цензуры
Немецкий прокат «Потемкина»

Совершенно для нас неожиданно, кроме чисто научной и исследовательской работы по вопросам постановки кино-дела в Германии, нам пришлось принять чрезвычайно серьезное участие в продвижении картины нашей постановки производства Госкино — «Броненосец-Потемкин» через рифы германской цензуры. Картина сама по себе явно «большевистская» и предельно тенденциозная.

Кроме того, использована во время торжеств, посвященных памяти Ильича, в день его смерти, перед аудиторией в три тысячи человек. Демонстрация, сопровождавшаяся громадным успехом и большим подъемом настроения среди присутствующих германских товарищей. Это также являлось моментом, усугубляющим трудность разрешения прокатывать «Потемкина» в Германии. Закупившая «Потемкина» фирма «Прометеус», в целях разрешения цензурой, еще до нашего приезда сделала ряд изменений в картине, превратив ее, помимо остального в 6-актную фильму. Изменения, касающиеся главным образом включения новых надписей, и предварительное изъятие ряда мест, восстанавливающих против себя цензуру, сводились примерно к следующему: первым и основным пунктом переделки была попытка замаскировать живую связь революции 1905 года, и представление всей картины, как ожившего протокола, якобы найденного в архивах царского правительства, — должны были способствовать этой маскировке. Только благодаря ряду таких изменений фирме «Прометеус» удалось замаскировать активную сторону пропагандистской картины «Потемкин». Тем не менее, при прохождении первой инстанции германской цензуры «Потемкин» был категорически запрещен. Некоторый интерес представляют отрывки стенограммы заседания цензурного комитета, которые нам удалось приобрести.

Не лишены интереса соображения представителя комиссариата общественной безопасности, действительного статского советника Мюльэйзена, который высказал следующее:

«Действие фильмы протекает в период маневров 1905 года и представляет восстание одного из броненосцев Черного моря. Это восстание является одним из предшественников 1917 года, когда устанавливается режим советов и осуществляется диктатура пролетариата. Это восстание против автократии было следствием русско-японской войны, которая должна была вылиться в подлинную революцию с тем, чтобы на место царского правительства установить народное правительство. Сов. Раб. Кр. Деп. Фактически правил в течение 52 дней. Здесь показано на маленьком эпизоде брожение в армии и флоте. Это политически-агитационная картина. Кем заказана настоящая картина, мне неизвестно.  Но во всяком случае, эта организация имеет задачей популяризировать идеи большевизма и за них бороться. Поле их заданий простирается не только в России, но и далеко за ее пределами, по всему миру. Где только возможно агитировать за большевистские идеи — агитируется. Из всех этих данных совершенно ясна большевистская тенденция данной фильмы.

Фильма представляет отнюдь не изолированные исторические события, которые отстоят далеко от нашего времени, но направлена к тому, чтобы показать один из предшествующих моментов к образованию такого положения, которое сейчас имеется в России.

Тенденция: большевизм за границей! Что германская компартия в Германии усиленно работает в этом направлении, показали нам события. Все направлено к тому, чтобы, даже не гнушаясь приемов насилия, ввести в соседних государствах правительственную систему советского государства. Этих средств большевизм добивается в сильной оживленной пропаганде, которая должна разлагающе действовать на людей, не имеющих достаточного доверия к собственной правительственной системе и которые этим путем легко убеждаются в том, что демонстрируемые российские события вполне в порядке вещей и вполне естественны, и законны.

Все круги, являющиеся опорой современных государственных форм, должны постепенно подпасть соответствующему воздействию, чтобы ослабить резкость в установке на борьбу с коммунизмом. Агитация направлена первым делом против естественных опор нашего государства: рейхсвер (армия), флот, полиция и чиновничество. Их широко распространенную пропаганду большевики проводят в словах, в писаниях и в фильмах. Доказывается, насколько скверны наши сегодняшние условия и как в противоположность этому развитие России прекрасно. Уже целый ряд писаний, которые служат подобной пропаганде, нами арестованы. Для достижения своей цели пропаганда пользуется изложениями и описаниями всевозможных революционных событий (крестьянские восстания, французская революция, 1848 год, 1917 год, Спартаковское движение, восстание во флоте, Капуч и его влияние на Рейн и Вестфалию и т. д.)

Все внимательно собирается и комбинируется в расчете на обслуживание их задач. Таким путем, они хотят сочувствующим им людям обеспечить боевую тактику, приучить их к тому, как держать себя при уличных боях, и того же добивается и означенная фильма. Правда, она касается событий довольно отдаленных, но тенденция ее явна и состоит в том, чтобы показать военным и морякам, как можно восстать против государственной власти, чтобы захватить эту власть в свои руки. Матросы перестают подчиняться офицерам, объединяются с одинаково революционно-мыслящим населением порта и города, находят живой отклик в населении и, опираясь на рабочие массы, не боятся стать в боевую готовность против всего, преданного правительству, флота. Конечно, подобные события нельзя непосредственно пересадить в наши сегодняшние условия.

Воспевание восстания, открытой борьбы против государственной власти настолько захватывает зрителя, что заставляет его подчас забывать повод. Мало-мальски недовольному указывается, как силой можно сломить дисциплину. Вывод: демонстрация фильмы способствует тому, чтобы в самых широких кругах германского населения создавать настроение к перевороту. Таким образом, ее демонстрация была бы направлена против общественной безопасности, и я всячески против разрешения проката подобной фильмы».

Далее следует ссылка председательствующего на то, что 21 января, в день памяти Ленина, эта фильма в подобного рода целях уже была использована.

Далее выступал представитель военного министерства господин полковник Ритер фон-Шпек.

«Я могу только присоединиться к соображениям, изложенным господином представителем комиссариата охраны общественного порядка. Фильма излагает, воспевает и проповедует восстание.

Правда, настроение рейхсвера в настоящий момент крепко, однако, не следовало бы демонстрировать перед ним подобные опасные макулатурные вещи, так как разлагающее действие на них нужно всячески предотвращать. Здесь армия представлена в тенденциозно-преувеличенном виде. Менее способные к критике зрители особенно будут восстановлены против авторитета армии. В интересах рейхсвера запретить данную фильму».

Г-н Либерехт, председатель цензуры для юношества, в данной фильме видит опасность для духовного развития молодежи.

Опуская возражения представителя фирмы «Прометеус», укажем, что картина в данной инстанции была категорически запрещена 24 марта 1926 года.

Но, не падая духом, германская прокатная фирма срочно опротестовала данное цензурой постановление в высшую цензурную правительственную инстанцию.

С другой стороны, были приняты все имеющиеся меры к тому, чтобы склонить общественное мнение, вплоть до членов Рейхстага, в пользу картины, чтобы произвести соответствующие давление на цензурный комитет.

После данных постановлений, нами срочно была отправлена телеграмма в Москву с запросом немедленно выслать еще экземпляр «Потемкина», чтобы иметь возможность показать его крупнейшим германским общественным деятелям и сагитировать их в пользу нашего дела, так как в передовых кругах Германии имеется большой заслуженный интерес к русскому искусству вообще и к послереволюционному в особенности. Также было запрошено Госкино, целесообразно ли нам оставаться в Берлине, так как срок нашего пребывания истекал. Для принятия соответствующих мер проведены беседы с журналистами и подготовка почвы к второму цензурному просмотру.

Санкция на наше пребывание, до окончательного разрешения цензурой вопроса, нами получена; новый экземпляр фильмы, однако, несмотря на оповещение, Госкино не послало, что сильно утяжелило нашу задачу, так как первый экземпляр, в виду опротестования постановления цензуры, был задержан и на руки не выдавался до окончательного разрешения вопроса.

Пришлось целый ряд людей убеждать на веру, не имея даже возможности показать картину, даже защитнику ее — члену Рейхстага, доктору Павлу Леви.

Вообще же следует категорически признать, что только выступление одного известного писателя и общественного деятеля, которого удалось убедить до того, как он видел картину, не пропустить данное заседание цензурного комитета (членом которого он состоит), спасло картину. Картина, когда он увидел ее на цензурном просмотре, произвела на него громадное впечатление. Перед отъездом мы имели с ним долгую беседу о советском кино вообще.

Кроме того, следует отдать должное ловкости, с которой вел защиту доктор Пауль Леви, теперь социал-демократ и член Рейхстага, бывший коммунист. Основной его политический маневр состоял в том, что он рассматривал картину и описанную в ней борьбу, как якобы противоречащие всей тактике коммунистов, обрисовывая данные события лишь, как чисто случайный бунт, вызванный только случаем с гнилым мясом. Тогда, как коммунисты учат, что только через организацию партией возможны выступления масс. И что, дескать, картина не только не агитирует за большевистские методы борьбы, но как раз всячески противоречит большевистской тактике.

Им очень ловко использованы немногочисленные сцены, соответствующие немецким надписям — в расстреле на лестнице замешаны представители буржуазного населения и т. д.

Так проведенная защита и горячая речь Альфреда Керра сбили препятствия, поставленные тем же представителем военного министерства и общественной безопасности, и привели к тому, что картина оказалась запрещенной только для юношества, которому якобы можно привить «низменные и зверские инстинкты», для демонстрации же с соответствующими вырезками картина признана допустимой.

Вырезкам подверглись в первую очередь сцены выбрасывания за борт офицеров. Любопытно, что выбросить за борт доктора разрешили, так как, по соображениям германской цензуры, фактическим виновником и «первопричиной» восстания Черноморского флота является он, не забраковавший гнилого мяса. Гнилым мясом кормить нельзя — порок наказан: доктор выброшен в море.

Более всего изъято в сценах расстрела на лестнице, так как, по германским традициям, убитых, а тем более растаптываемых, в картине показывать нельзя. Так целиком вырезана сцена с коляской и все куски, где ноги проходят по убитым. Особенно любопытно отметить, что вырезан крупный план ударяющего шашкой казака, дословная мотивировка чего: «при обсуждении изображений жестокости казаков по отношению к активно-сочувствующим восстанию массам, высшая цензурная инстанция приняла во внимание, что жестокость и насилие царских казаков в достаточной степени общеизвестны, и подобные изображения их тем самым уже излишни, с другой же стороны изложенные здесь жестокости несут опасность огрубляющего и озверяющего действия на зрителя.

Для молодежи «Потемкин» запрещен, как разлагающе действующий на духовное развитие юношества; военное же министерство продолжает стоять на точке зрения своего представителя об опасной для государства тенденции фильмы и, как мы сейчас узнали, воспретило всем военнослужащим посещение театров, в которых «Потемкин» демонстрируется.

Подобная и близкая к этому мотивировка уже стала известной и в германской специальной прессе, где появился ряд ядовитых фельетонов и насмешек над цензурой.

Таким образом, властями демонстрация «Потемкина» разрешена. Возникли, однако, новые затруднения из-за того, что не только центральные, крупные театры, но и окраинные (близкие к рабочим районам) боятся приобрести картину в прокат, так как возможны провокационные выступления фашистских организаций, направленные к тому, чтобы учинить уличный скандал около театров во время демонстрации картины и дать возможность полиции, на основании этого, снять картину с проката. Боятся также того, что после беспрерывного 5-ти недельного проката «Потемкина» в одном кинотеатре, театр этот будет помещен на «черную доску», как обслуживающий коммунистическую пропаганду, следствием чего будет закрытие банком кредитов и непринятие векселей существующих фирм. На этом периоде мытарств «Потемкина» в Германии наши сведения обрываются.

Мы были вызваны Госкино обратно. Дальнейшее наше пребывание в Берлине могло бы принести, конечно, немало пользы в дальнейшем проталкивании «Потемкина»; предполагалось устроить закрытый просмотр для прессы, поднять большую газетную кампанию, для чего наше пребывание было бы необходимо, и добиться предоставления одного из крупных центральных театров для демонстрации. Тем более, что появление на экранах Германии столь революционной картины, как «Потемкин» следует рассматривать, как факт крупной политической важности, с одной стороны, и как первые шаги к завоеванию германского кино-рынка, с другой. Популярность «Потемкина» по литературным сведениям и от тех лиц, которые его видели, достигла уже значительных размеров.

С. Эйзенштейн, Эдуард Тиссэ. Сквозь германскую цензуру //Советское кино. № 3. 1926.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera