Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
Таймлайн
19122021
0 материалов
Поделиться
«Нарисовали Пушкина и Гоголя для телевидения»
Елена Горфункель о Швейцере и Милькиной

Михаил Швейцер — кинорежиссер-рассказчик. История — понимая ее по-голливудски — увлекает его больше, чем изыски формы. Поэтому иногда он оказывается даже ближе к театру, чем к кинематографу («Бегство мистера Мак-Кинли», «Как живете, караси?», «Послушай, Феллини!..»). Поэтому диапазон его сюжетов так широк — от «Чужой родни» до «Мичмана Панина». Кроме того, он пристрастный и благодарный читатель. 

Из породы тех гуманитариев, что чтят литературу как почву и силу. Но к тому же он из тех уже гораздо реже встречающихся людей, которые имеют завидный дар воплощать свои литературные впечатления в искусстве. 

В этой стихии М. Ш. нашел родственную душу — София Милькина, его жена, единомышленник и соавтор, сотрудничала с ним на протяжении почти сорока лет. Они экранизировали русскую и советскую классику. В последней их привлекал довоенный период, когда в советском еще можно было ощутить экзотику, энергию пионеров и завоевателей. С этим временем они никогда не ссорились. А вот со своим — когда наступил возраст мудрых оценок, когда, наконец, следовало бы еще раз призвать «время, вперед!», — М. Ш. и С. М. общего языка не нашли. Юмор этих рассказчиков иногда бывал саркастическим. В «Бегстве мистера Мак-Кинли» это своего рода космополитический сарказм. В картине «Как живете, караси?» не осталось и следа добродушного романтизма пролетарской эпохи, свойственного, например, «Золотому теленку». Авторы на этот раз шутят мрачно, в духе Щедрина и его поучительных сказок из животного мира. Реальность оказалась разделенной не по классовому принципу, а по дарвиновскому: кто смел, тот и съел. Однако и в этой хронике-притче о «последних» М. Ш. верен любимому жанру — мелодраме.

В самом начале его творческой биографии «Чужая родня», семейная, человеческая история, несколько лет была «кинохитом». В «Карасях» краски жанра резче, мелодраме сопутствует редкий для нас мотив инцеста, кстати, частого спутника мелодрамы в истории театра. В экранизациях Льва Толстого («Воскресение», «Крейцерова соната») мелодрама пытается приподняться до уровня первоисточника, но ее принципы, суть остаются неизменными.

Кроме мелодрамы, М. Ш. — мастер приключения, жанра, который он встраивает в любое время нашей истории. Сейчас ясно, что приключенческий историзм «Кортика» породил целое направление в кино. М. Ш. освоил «ретро» еще в начале пятидесятых — то есть задолго до того, как этот стиль для нашего кино стал общим местом. 
Телевидение, к которому М. Ш. и С. М. обратились сравнительно недавно, открыло их полную совместимость с этим искусством. «Маленькие трагедии» и «Мертвые души» — это самобытные художественные иллюстрации. Некогда Агин и Боклевский нарисовали Гоголя для книг, М. Ш. и С. М. нарисовали Пушкина и Гоголя для телевидения. Тут есть свой взгляд, но есть и верность духу. Есть интерпретация, но есть и чтение. Есть современность и есть классика. Такие телеиллюстрации, как Сальери, Барон и Плюшкин Смоктуновского, Дон Гуан Высоцкого, Альбер Бурляева, Импровизатор Юрского, Чичиков Калягина, Манилов Богатырева, гоголевские Дамы Чуриковой и Федосеевой, Гоголь Трофимова, останутся в истории сразу и литературы, и всех актерских искусств. Поэтические и визуальные качества пересказов, их композиция и музыкальность (композитор Альфред Шнитке), конечно, модернизируют «дали» русской литературы, но все это в пределах мира и согласия с нею.

Еще более телевизионным (а в подтексте — театральным) стал фильм «Послушай, Феллини!..» Тут область экрана для М. Ш. и С. М. суживается до комнатного масштаба. На первом плане работа Людмилы Гурченко, которая играет всю роль целиком, без изъятий и декоративных украшений, часто ей мешающих. Душевный реализм исполнения напоминает о «любительницах абсента» на театре, например, об Алисе Фрейндлих в роли Селии Пичем. Режиссура оставляет зрителя один на один с этой трагикомической исповедью. Внешний, уличный, бытовой фон делает эту «случайную» открытку далекому кинобогу страницей, вырванной из книги нашей общей жизни.

Горфункель Е. Михаил Швейцер. Новейшая история отечественного кино. 1986-2000. Кино и контекст. Т. III. — СПб, «Сеанс», 2001.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera