Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Таймлайн
19122022
0 материалов
Лукоморье шестидесятых годов
Александр Колбовский о фильмах Гайдая

Когда уходит человек, всю жизнь смешивший людей, думаешь не только о нем, но и о тех, кто смеялся.

Смерть Леонида Гайдая отдалила нас еще на один шаг от целой эпохи.

Недавно по ТВ в очередной раз повторяли «Ивана Васильевича...» и «Кавказскую пленницу». Они и сегодня смотрятся, как когда-то, — зная каждую следующую реплику, ждешь ее и заранее улыбаешься.

Но Гайдай придумывал свои комедии в удивительные времена. После полувековой ночи, казалось, наступало утро. Жизнь представлялась если не беспроблемной, то уж во всяком случае светлой и многообещающей. Земля вертелась, потому что где-то, «там, где всегда мороз», терлись о земную ось белые медведи. Населяли ее милые чудаки вроде доверчивого и доброго Шурика, простодушного Семена Семеновича Горбункова, а также забавные проходимцы — обаятельные и практически безвредные. В этом мире сын турецкоподданного уживался с грозным Иваном Васильевичем, там бродяжило и безумствовало самое популярное трио тех лет, запечатленное в миллионах карикатур, игрушек и анекдотов. Трус, Балбес, Бывалый — Вицин, Никулин, Моргунов...

Мир Гайдая — Лукоморье шестидесятых годов. Там на неведомых дорожках следы невиданных людей с особой психологией надежды и с открытой, доверчивой улыбкой.

Смена эпох на гайдаевском творчестве отразилась болезненно. Мастер не попадал в цель; его нещадно ругала критика, его экранизацию «Ревизора» изуродовала цензура. Почти два десятилетия он не слышал добрых слов о том, что делал. Ровно год назад, в ноябре 92-го, лед, кажется, тронулся; переполненный зал Дома кино восторженно принимал новую и, как в былые годы, смешную гайдаевскую комедию «На Дерибасовской хорошая погода...» Никому и в голову не могло прийти, что она окажется последней.

«Родословную фильмов, которые я снял, выводят от короткометражек Мак-Сеннета и Бастера Китона, Макса Линдера и Чаплина, — писал Леонид Гайдай. — Иногда даже упрекают в подражании ранним фильмам Чаплина. Однако у меня есть утешение. В подобных случаях я каждый раз вспоминаю вундеркинда из фельетона Ильфа и Петрова, который ужасно беспокоился о том, чтобы будущий фильм не получился, как Чаплина. А ему отвечали:

— Не бойся, мальчик. Как у Чаплина, не получится».

— Не бойтесь, — можем обратиться мы к будущим киномальчикам, опасающимся что их обвинят в легковесности и простодушной искренности, которых они почему-то боятся. — Как у Гайдая, не получится.

Колбовский А. У Лукоморья шестидесятых. Памяти Леонида Гайдая // Московский комсомолец. 1993. 23 ноября.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera