Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Таймлайн
19122022
0 материалов
Автор: Марк Зак
Поделиться
С любовь к Балбесу
Марк Зак о кинематографе Гайдая

<...> Перестанем вынимать фиги из чужих карманов и попробуем накоротке разобраться в причинах неубывающей популярности его фильмов. Более того, идет процесс накопления этой популярности, что обычно является признаком перехода произведений в разряд... Просится сюда определение «классических», но вспомним опять о юморе, такте и о скромности.

Он действительно был скромным человеком. Не кичился военным прошлым. Не выступал с манифестами. Очень редко давал интервью, и в них не содержалось больших откровений. В признанной тройке комедиографов — Э. Рязанов, Г. Данелия, Л. Гайдай — занимал почетное третье место. Сегодня найдутся охотники поменять их местами, но будем верны истории. Все равно что поменять местами знаменитых персонажей его знаменитой троицы. Кто из них важнее? Надеюсь, сравнение никого не обидит; речь идет о жанре, где юмор желателен.

Не собираюсь писать хрестоматийный творческий портрет, перечислять все поставленные им фильмы. Тем более что последние, особенно «На Дерибасовской хорошая погода...», мне нравятся гораздо меньше. Для того чтобы понять феномен Л. Гайдая, достаточно взять одну из его комедий, даже один эпизод, один персонаж; они легко моделируются.

Реже вспоминают о таком его фильме, как «Деловые люди». Между тем здесь видны истоки. Он экранизировал Гоголя, Зощенко, Булгакова, Ильфа и Петрова. Но сначала — О’Генри. Как-то неудобно: американский писатель впереди российских. Ничего страшного, такова закономерность его режиссерской поэтики. Л. Гайдай начинал с «экранизации» американской «комической», обучаясь и пародируя одновременно.

В новелле «Родственные души» (из этого фильма) вор, забравшийся ночью в дом и уже взявший на мушку хозяина, вдруг узнает, что их обоих мучает ревматизм. Богач и парий становятся друзьями по несчастью. Когда вор перешагивает через окно в комнату, его башмаки начинают скользить по гладкому паркету; хватая руками воздух, он пытается сохранить равновесие на разъезжающихся ногах. Эта маленькая клоунада — цитата из чаплинской пантомимы. Она тут к месту: ведь и Чарли становится другом миллионера, когда пьян. Виски в «Огнях большого города» и ревматизм в «Деловых людях» выбивают героев из социального равновесия, и тогда хозяева жизни испытывают чувство дружбы к ближнему.

О’Генри и Чаплин — «родственные души». В их близости Л. Гайдай ищет и находит свой авторский комментарий. В чем его смысл? Проповедь классового мира с помощью ревматизма? Печальная серьезность Р. Плятта в роли хозяина и открытая доверчивость Ю. Никулина в роли вора естественно дополняют друг друга; приступы боли сменяются у них приступами человечности.
Скажем так: гуманистический аспект с самого начала был выбран Л. Гайдаем в качестве приоритетного. Но так говорить не хочется... Излишне научно и не в жанре.

Пойдем дальше; в другой новелле из этого же фильма — «Вождь краснокожих» — данный аспект переходит в открытую буффонаду. Здесь режиссер по праву эксплуатирует свои собственные, совсем свежие традиции, открытые им в знаменитой короткометражке «Пес Барбос...».

Прежде всего он перенимает у героя, веснушчатого мальчишки, которого похитили в целях выкупа, его нетронутую веру в очевидность невероятного. Это очень важно: Л. Гайдай не стремится быть умнее своих персонажей. Он играет вместе с ними, так же азартно, взахлеб, как «вождь краснокожих» играет в индейцев. Вера в реальность своей выдумки дает мальчишке огромные преимущества перед двумя слишком взрослыми мошенниками. Подобно ему, Л. Гайдай искренне верит в преимущества эксцентрической комедии.

Читая О’Генри, мы раньше, например, не замечали, что один из героев по имени Билл (в новелле Л. Гайдая его играет А. Смирнов) невероятно силен. Подняв человека одной рукой, легко забрасывает того в седло. Когда же из раскрученной пращи вылетает камень, нацеленный в лоб, силач без стона валится наземь, сраженный мальчишкой.

Вы правы, очередной раз в искусстве происходит библейский поединок Давида и Голиафа. Напомним кадры из чаплинского «Пилигрима», где беглый каторжник, скрывшийся под рясой проповедника, пластически рассказывает прихожанам эту притчу.
Л. Гайдай свободно, не стесняясь, пользуется мотивами «чаплиниады». Но от О’Генри к Чаплину его влекут собственные ассоциации. Они неправильны. Вопреки традициям он отдает свои симпатии уставшему от жизни и неудачных афер пожилому Голиафу, сиречь Биллу...

Его фигура, задрапированная складками одеяла, раскачивается в немом отчаянии, рождая в нас щемящую жалость. Этот немой кадр красноречив, его можно спроектировать на другие фильмы Л. Гайдая, где жалость и сострадание правят экранным миром, соперничая с трюками и смехом.

Немая «комическая» много дала режиссеру. Но вот в «Деловых людях» наступает эра звукового кино; когда трясут мальчишку, с экрана раздается громкий звук: будто веснушки стучат друг о друга, как желанные доллары. Образ «мальчишки-копилки» рожден детской фантазией, которую Л. Гайдай использовал в своих корыстных режиссерских целях.

В извечной борьбе «давидов» и «голиафов» он не занял позицию рефери. Сострадание проложило ему прямую целлулоидную дорожку к Бывалому, Балбесу и Трусу.

Много лет актерская «маска» у нас не приживалась. Было высказано разумное предположение, что советская действительность развивается с такой быстротой, что неизменный комедийный герой противоречит ей по самой своей инертной природе. Л. Гайдай решил это проверить. Начиная с «Пса Барбоса...» три постоянных актерских амплуа прочно закрепились за Е. Моргуновым, Ю. Никулиным и Г. Вициным. Эксперимент сопровождался невероятным успехом.
Природа этого успеха выглядит загадочной.

Я настаиваю на следующей версии: традиционные «маски» только по видимости оставались неизменными, на самом деле они менялись, двигались в сторону объемных комедийных характеров. Энергия движения проистекала из нашего образа жизни, их экранные биографии были по-своему типологичны. Бывалый, Балбес и Трус, как и все советские люди, в поте лица добывали свой хлеб, работали не покладая рук, хотя их «профессии» и не значились в социальном реестре. Эта троица была комической проекцией весьма серьезных забот и проблем.

Доказательства?

В жаркий полдень друзья покидают автобус-холодильник с сосульками на бровях — кадр из «Кавказской пленницы». Механизм смешного незамедлительно срабатывал. И раньше было смешно, когда мистер Питкин из английской комедии вмерзал в глыбу льда. Но вот что любопытно: холод, сковавший их фигуры, не в силах заморозить хватательный инстинкт: ничего не видящий, не соображающий Балбес машинально волочит из машины баранью тушку.

Биологическая и социальная основа хватательного инстинкта заслуживает специального изучения. Мы лишь упомянули этот условный рефлекс, не чуждый человечеству вообще, а нам — тем более, особенно сейчас, когда несут не тушки — целые предприятия заталкивают в мешки. Впрочем, признаю, что ассоциация груба.
Так или иначе, вряд ли кто будет спорить, что долговременный успех троицы замешан на узнаваемости. Маска — тоже человек, и ничто человеческое ей не чуждо. Когда зритель узнает себя в столь легендарных фигурах, эффект сопереживания и сострадания круто возрастает.

...Красивая девушка идет по горной тропинке. Она поет и танцует. Это Нина — Н. Варлей из «Кавказской пленницы». Прячась по кустам, ее преследует троица, получившая аванс за похищение. Л. Гайдай, как и положено, превращает погоню в цепь эксцентрических трюков. На всякий случай была привлечена медведица — медведь же, только белый, в свое время испугал Чарли в «Золотой лихорадке». Но самый смешной трюк рождается... из лирики! Не в силах совладать с очарованием девушки, Трус вторит фальцетным «ла-ла-ла!» ее песенке. Обширная ладонь Бывалого захлопывает тому рот, но в памяти, в нашей зрительской памяти, все равно остается эта лирическая нота, которая и делает из маски человека.

Если бы хватило времени и места, можно было по кадрам перебрать различные свойства и оттенки людских натур, запечатленные в легендарной троице.

От кадров перейдем к обобщениям.

Комедии бывают лирические, сатирические, эксцентрические. Л. Гайдай смешивает эти краски на своей режиссерской палитре. Обидно, что многие помнят Огурцова в «Карнавальной ночи», а вот тов. Саахов из «Кавказской пленницы», по-моему, обойден критическим вниманием. Слегка полнеющий, но еще элегантный деятель paйонного масштаба, одетый в чесучу, покупает себе жену. В. Этуш исполнил эту роль с гражданской страстью. Он обвинял в аполитичности жадного родственника, когда тот требовал слишком много баранов за невесту, так как район не выполнил план по шерсти. Видимо, дело было все-таки в родственных связях: среднерусский Огурцов наследовал черты Бывалого из «Волги-Волги», восточный же человек тов. Саахов олицетворял слишком давние феодальные пережитки. Само же слово «олицетворяет» В. Этуш выговаривал с трудом, мешал акцент.

Помешала и троица. На афише фильма в центре были крупно помещены Бывалый, Балбес и Трус, а герой В. Этуша скорее утаивался на заднем фоне. На экране эта композиция выглядела иначе. Актерские «маски» вынуждены были соперничать с персонажем, который по праву заполучил фамилию, а не кличку и сдвинул комедию в зону сатиры.

Время шло, в «Бриллиантовой руке» Л. Гайдай пожертвовал троицей, получив взамен одного персонажа — старшего экономиста Семен Семеныча, средних лет, женатого отца двоих детей. Анкетные данные необходимы. На последней странице сценария можно было прочесть: «Сеня, я тебе хотела сказать... Кажется, у нас будет ребенок». В фильме этого признания нет. Однако спросим: много ли найдется на свете комедийных героев, способных производить детей?

У Чарли в картине «Малыш» ребенок был не свой, приблудный, приемыш. Л. Гайдай обогнал Чарли Чаплина...

Серьезно, это было, наверное, очень нелегко: заставить зрителя поверить в Семен Семеныча, наделенного всеми библейскими добродетелями, помноженными на моральный кодекс. Борьба за положительного героя в советской комедии, наконец, увенчалась успехом.

Юрий Никулин весь фильм таскал, как груз условности, свою бриллиантовую руку. Попробуй быть достоверным... Недаром он заботливо подкладывал ее под голову спящей жене, чтобы она и зритель свыклись с этим неудобством.

Над кем смеялись?

Тематическая рубрика «сатира на контрабандистов» не проходила. Иерархия внутри шайки нарушена. «Шеф» почти не виден: это рука, запирающая систему замков. Помощника сыграл А. Папанов — получился громила с мощными кулаками, мрачным юмором и псевдоукраинским акцентом. Его незадачливого партнера Гешу Козодоева А. Миронов исполнил в легких, будто порхающих ритмах, в почти музыкальной пластике. Согласитесь, неожиданная трактовка образа, озаглавленного старинным словечком «контрабандист».

Но главная неожиданность — герой Ю. Никулина.

Он был поставлен в жесткие условия, нарушающие веру в людей. За ним охотятся, тревожная басовая нота возникает из глубины экрана и его души, голова уходит в плечи, рука в гипсе отводится назад, готовая ударить. Озвученный пластический рисунок предупреждает об опасности.

Но каждый раз его что-то спасает...

В этом что-то — разгадка роли. Коварно доведенный до кондиции, Сеня рвется к ресторанному микрофону, чтобы отвести душу, исполнить песенку о зайцах и трын-траве, с последним куплетом он падает туда, где много посуды. Спасла его песенка, а если говорить шире — лирическое начало (вспомним фальцетное «ла-ла-ла»), а если еще шире — человечность, естественная человечность образа, снабженного набором эксцентрических черт.

Он запутался бы в детективной интриге и стал жертвой шайки, если бы сквозь условную сверхположительность не был виден узнаваемый характер.

Уж куда больше эксцентрики, чем в сцене рыбалки: Сеня таскает рыб, которых герой А. Папанова, скрывшийся в морских глубинах, нанизывает на крючок. Азарт и вдохновенные, размашистые движения рук предохраняют героя от удара сзади. В этой пантомиме победителем выходит тот, кто охвачен страстью! В очередной раз из плена эксцентриады и опасности Семен Семеныча вызволяет характер, которому ничто человеческое не чуждо.

Будто вырезанный по лекалам «советского человека», даже «совка», как сказали бы сейчас, похожий на пародию или, во всяком случае, на дружеский шарж, Сеня из «Бриллиантовой руки» обрел такую силу, что стал претендовать на роль исторического героя. Расхожие, официальные параграфы морального кодекса он оживил и очеловечил.

Л. Гайдаем был привлечен давний комедийный опыт, от древней притчи о прохожем и арбузной корке (именно на ней поскользнулся Семен Семеныч), от амплуа «простака» до новейших методов съемок на суше, под водой и в небе. Но больше всего мне запомнилась пачка сигарет «Столичные»: что-то в нее сказали, вынули сигарету, раздался музыкальный писк, хлопнули по крышке — и все засмеялись. Пачка сигарет отлично справилась с пародийной ролью радиопередатчика — благодаря своей обыденности. Нет ли в этой комедийной детали миниатюрного отражения фильма?

В конце концов Л. Гайдай пришел к простой профессиональной истине: в деталях и в целом мир на экране, включая человека, не должен выглядеть бутафорским. Именно тогда с ним можно обращаться, как с комедийным реквизитом.

В реквизит, использованный во многих его фильмах, вошли библейские сказания и американская «комическая», Чаплин и Иван Грозный, литературный юмор и экранные маски, условные съемочные трюки и реальный гражданин нашей страны.
Он сам, Леонид Иович Гайдай, был частью этого реквизита, не отделяя себя от времени и места действия своих комедий, смеясь над этим далеко не бутафорским миром и по-настоящему любя его обитателей.

Зак М. С любовь к балбесу // Искусство кино. 1996. № 9.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera