Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
1918 год. Январское восстание в Киеве
«Арсенал» Александра Довженко

«Арсенал» в отличие от «Звенигоры» или «Перекопа» обращается к поэтике конкретного — украинского народного героического эпоса, в первую очередь и поэтике дум. Коллизии дум зачастую трагичны. Удивительная готовность эпоса перейти, перетечь в трагедию, здесь очевидна. Мощь героя здесь — это, разумеется, воплощение коллективной мощи. Ситуация, в которой здесь оказывается народный коллектив, — критическая, кризисная. Герои взяты в крайней точке удаления от нормы их бытия, на грани между бытием и небытием. Национальная вражда, разжигаемая буржуазией, оказывается знаком возможного распада, гибели, проигрываемой в эпизоде крушения эшелона, ибо зависимость от социальных сил здесь уже очевидно ведет к гибели, разрушению. В массе, данной на общем плане, когда она именно как масса и есть герой эпизода, отдельный ее представитель может погибнуть (и погибает) в любой момент, взятый именно на общем, в лучшем случае на среднем плане. Но когда на первый план — и в переносном и в прямом смысле — выходит отдельный персонаж, становясь главным героем эпизода — он остается невредим.

Бессмертием наделен оказывается не только Тимош, но, в принципе, любой народный герой «Арсенала», когда он является безусловным, единовластным героем эпизода. В этом случае смерть, когда герой сталкивается с ней лицом к лицу, отступает. Так происходит с рабочим, взорвавшим броневик. Лежащий мертво, он вдруг поднимается и швыряет гранату. Смерть оказывается чем-то вроде военной хитрости. Когда его приводят на расстрел, палач-петлюровец не может выстрелить ему в лицо. Рабочий же приближается (то есть с общего плана переходит на крупный) и вынимает, глядя опять-таки прямо в лицо убийце, наган из его руки. Тот же самый, еще более отчетливый переход с общего плана на крупный дан в финальной сцене расстрела Тимоша, уже абсолютно очищенной от бытовых подробностей. Лицо безоружного Тимоша надвигается на вооруженных, но бессильных гайдамаков, и те исчезают. Однако по поводу «Арсенала» рано еще говорить о непосредственном утверждении личностного начала. Оно возникает непроизвольно, в силу внутреннего содержания тех смысловых блоков, из которых фильм состоит. Сам материал выводит автора к такому результату.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera