Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
Ойленшпигель
Денис Горелов о режиссере

(Текст 2016 года)

Вакансия ведущего выразителя национального «эго» после смерти Балабанова осталась пустой. На нее с разной долей оснований и осознанного прицела претендовали Бондарчук и Лебедев, Буслов и Велединский, Учитель и Сидоров — но каждому как будто не хватало еще одной успешной картины. Место требовало любви масс и ярлыка от образованщины, ювелирного чутья народного нерва и пассионарного наплевательства на сословные комильфотности. Пришел человек с наглой фамилией Крыжовников, ушлой ухмылкой и анамнезом постановщика караоке-шоу и стал громко слагать национальную матрицу из плебейского шансона, скверного поведения, пьяного угара и постыдных привычек. Свадебные торжества много всякого говорят о нации, что она предпочла бы и скрыть, — недаром сценой бракосочетания начинаются «Крестный отец» и «Убей Билла», недаром у нас она иллюстрирует самые крутые общественные разломы от «Малиновки» до «Маленькой Веры». Успеху «Горько» ни в коей мере не помешал великий четырнадцатого года раскол образованного сословия по линии «родина—свобода» — напротив, каждая из сторон увидит в фильме подтверждение своих фобий и фанаберий. Одни — бесперспективное стадо с блатными ухватками, другие — диких, но симпатишных стражей сакрализованных семейных ценностей. Причем правы будут оба. Только парадоксальный синтез отвращения и симпатии — правильный код для прочтения русского «я», и только уроженец ядерного Сарова Крыжовников очевидным образом владеет шифровальной книгой.
Кстати, именно вопрос рацио встал первым: насколько автор жжет нутряными дремучими токами, а в какой мере осознает содеянное. «О новом Гайдае говорить пока рано», — проболтался вскользь «Коммерсантъ», и тем ткнул в «молоко»: это по первым трем фильмам Гайдая о рождении чего бы то ни было говорить было рано, а хитрый прищур Першина-Крыжовникова наводил на самые смелые подозрения сразу. Нации фатально недоставало позитивной программы, а сделанное в этом направлении отдавало сусальностью или милитаристским блефом. Из самых удалых бандитских саг не сделаешь «Голубого огонька», а митьки так никого и не победили, потому что не хотели.

Крыжовников же набивал руку как раз на постановках «Голубых огоньков» — жанра глубоко консенсусного, что для всенародного акына принципиально. К тому же пробные короткометражки о карманном драконе, роботе-волшебнике и актере на кинопробах исподволь выявляли, насколько режиссер озабочен виртуозной манипуляцией той нутряной дичью, в которой ошибочно подозревали его самого.

«Горько-2», не принеся ожидаемых коммерческих выгод, зафиксировало репутацию — а «Самый лучший день» (отвратное название, несмотря на очевидный отсыл к макаревичской «Битве с дураками») стал заведомым рождественским хитом на десятилетия вперед — что весьма немногим фольклористам удается.
А также безошибочным индикатором национального чувства.
И если вас не кладет на лопатки снятый одним куском в лодке, автобусе, на пожаре и в кордебалете гимн I will survive; если рукопашная ветерана ВДВ Дарта Вейдера с Чебурашкой и Плюшевым Кроликом не ввергает вас в патриотическую смеховую истерику; если вы не переменили отношения к уральскому пельменю С. Ю. Светлакову с брезгливого минуса на теплый плюс и не замечаете в чудовищной песне Сердючки «Все будет хорошо» чудно-чардашного скрипичного проигыша; если вас не колышет наблюдение артистом Боярским со стороны за исполнением шлягера «Зеленоглазое такси» и не веселит хор маленьких лебедей с песней о продуваемых всеми ветрами войсках, а кадры, в которых жена режиссера Ю. И. Александрова е.. ашит монтировкой по ментовозке под «Один раз год сады цветут», не кажутся вам грандиозным национальным автопортретом — то, может быть, вы не в том месте родились? Может, вы ошиблись адресом, профессор? Нет-нет, никто не гонит, боже упаси, — но может быть, в другом месте будет лучше? Зачем мучиться?

Из архива журнала «Сеанс». Опубликовано: 12 февраля 2020

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera