Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
Сопряжение простодушия и тончайшей психологической работы
О фильме «Аталанта»

(Фрагмент лекции - 1997 год)

Вопрос: Если можно, еще несколько слов о Ваших «соседях» по кинокультуре. Вы часто называете «Аталанту» Виго, называете фильмы Отара Иоселиани, «Зеркало» Тарковского... Может быть, есть что-то еще, что Вам близко. Что они для Вас значат, чем питают?

Норштейн: Фильмы Иоселиани — для меня высокие образцы режиссуры. Или «Зеркало» Тарковского, где много замечательных кусков. Например, эпизод в типографии: идет разговор, казалось бы, ничего не значащий, который заканчивается слезами героини, а потом резкая смена тональности. Это тоже образец тончайшей режиссуры. А «Аталанта» — вообще один из самых любимых моих фильмов. Удивительное сопряжение простодушия на уровне, допустим, сказки «Золушка», и тончайшей, абсолютно филигранной внутренней, психологической работы.

Я неслучайно сказал: «простодушия». Мне кажется, что вообще изображение в кино должно состоять из этих двух слагаемых, строиться на этой вот разводке — простодушия и какой-то тончайшей духовной материи, которая абсолютно непостижима, даже сам режиссер не может до конца это понять. Ну вот смотрите в «Аталанте»: хозяин шаланды мучается, — он действительно, как пьяный, — мучается из-за того, что ушла любимая, а он просто весь в любовном томлении, невероятной силы томлении. Что делает Виго? Он монтирует два эпизода: она в гостинице, он — у себя в каюте. Дешевая гостиница: кровать, какой-то столик, кувшин стоит... И дальше начинаются мучения того и другого: они, разделенные расстоянием, тянутся друг к другу. Виго их объединяет. Но как! Не знаю, предложил ли ему оператор Кауфман или он сам это ощутил, но все снято через такую тончайшую решетку. И тот и другой как будто в тифозных пятнах. Эта «тифозная» решетка дает ощущение некой болезни. Помните фразу в «Лапшине»: «Это как тиф». Вот и здесь: это как тиф... А ведь очень просто, казалось бы. Снял и смонтировал их таким образом, будто они вместе, но они порознь. Я не видел в кино более высокого уровня... более высокой, можно сказать, эротики, высокой страсти, такой, какая может встретиться, скажем, в греческой трагедии. И в то же время, казалось бы, все очень простодушно: он — здесь, она — там. Можете себе представить, как это сняли бы сегодня, с нашей техникой, да с цветом. Какие там были бы эффекты.. А здесь все построено на совершенно простых вещах. И решил все, как мне кажется, этот звуковой рапид, да и само изображение, по моему ощущению, чуть «подрапижено». Интересно узнать, так ли оно было. Или же Виго дал актерам двигаться чуть медленнее, чем они двигались бы, так сказать, в физическом времени.

Или вот: хозяин шаланды сидит в полном изнеможении, а дальше идет кадр, когда он свое лицо буквально уткнул в льдину, чтобы хоть как-то себя охладить. Абсолютно сюрреалистическая врезка! И в конце концов он прыгает за борт, чтобы под водой увидеть свою любимую. Казалось бы, какое простодушие! На уровне ну просто дурного вкуса! Но... это же в руках Жана Виго! Режиссер сначала дает эпизод, как герой окунает голову в ведро, чтобы как-то себя охладить и чтобы попытаться увидеть. И помните, боцман вслед за ним тоже смотрит в ведро: что это он там увидел?.. Мне кажется, весь фильм составлен... не просто из кусочков физической материи, а из таких моментов, которые очень близки мне в мультипликации. Ну, допустим: вот они выходят из собора... Там прелестно сделана сама толпа, каждый персонаж живет. Вот они проходят перед камерой каждый со своим характером и каждый как-то проявляется за то время, пока он проходит от левой кромки кадра к правой. Кто-то оборачивается, кто-то надевает перчатки, кто-то кого-то там за задницу прихватил, а та оглянулась на него, шутливо замахала руками, кто-то споткнулся, кто-то ковыляет... Абсолютно живые персонажи. Но именно потому, что они живые, с такой силой срабатывает кадр, когда герои, молодожены, отрываются от этой процессии, и вот они уже одни идут по городу, а дальше — идут сквозь какие-то дикие травы. Это уже на уровне поэзии Гарсиа Лорки. Именно у него все время дикие травы и любовь... Это оттуда. Не знаю, знаком ли был Жан Виго с поэзией Лорки. Вообще он, судя по его статьям, был человеком обширного образования. И в 27 лет он, по-моему, уже был гением... Вот они проходят мимо стогов сена... Почему он их туда послал? Как они вообще в реальности могли туда попасть? Да никак! Это фантазия Виго туда их занесла. Но как поднимается сразу действие!.. Или же необыкновенной выразительности кадры, когда юнга роняет ведро с цветами и боцман заставляет его куда-то плыть, за какими-то травами, и он, набрав охапку травы, все это на себя надел и вдруг поднимается... Да это уже персонаж из каких-то дионисийских праздников! Понимаете?..

У Виго кадр все время имеет не только самостоятельное значение, но еще получает невероятной силы бросок в сторону культуры. У него кадры как бы окутаны колоссальным историческим, культурным временем, которое он сюда привлекает. Поэтому они имеют фактическое значение, но еще и то самое стихийное значение, какое до конца не может объяснить сам режиссер. Вот почему для меня этот фильм из числа действительно великих произведений кино и вообще явлений культуры.

Норштейн Ю. Тайны анимации, или как делается «Шинель» // Киноведческие записки. 1999. № 41.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera