«Кино — не немой» [1], — писали в 20-е годы, имея в виду, что и немое кино не лишено элементов речи, пускай бесшумной. Но и более широкий термин «бесшумное», silent, бытующий в англоязынной традиции, многие оспаривают: «Бесшумные фильмы никогда не были бесшумными», — настаивал К. Браунлоу [2], указывая на музыкальное сопровождение немых киносеансов. Насколько справедливо это уточнение — можно ли в самом деле считать музыку тапера компонентом фильма, а не принадлежностью антуража?
Все, что мы знаем о рутинной прокатной практике немого кино, не позволяет сразу примкнуть к указанному мнению, — напротив, оно может показаться прекраснодушием, от которого отмахивались уже в 10-е годы. Верно, существовали партитуры, специально написанные для тех или иных картин (М. Ипполитов-Иванов написал специальную музыку уже для первого русского фильма «Стенька Разин», 1908), а также указатели, регламентирующие исполнение по темам и соотносящие эти темы с определенными кинематографическими «настроениями» [3]. Однако всем было известно, что музыкой ведал владелец кинотеатра, а в конечном счете — сам тапер. Когда В. Р. Гардин пытался уговорить А. И. Куприна продать ему право на «Гранатовый браслет», автор повести нашел контраргумент, выдавший в нем искушенного кинозрителя.
«— В кинотеатре «Арс», — сказал Гардин, — хороший оркестр. Мы хотим, чтобы сцена, где княгиня Вера кладет розу около головы мертвого Желткова, иллюстрировалась сонатой Бетховена № 2, как в вашем рассказе.
— А в других театрах она пойдет под тру-ля-ля?..» [4], — ответил Куприн.
Словом «тру-ля-ля» Куприн обозначил особый ритмизированный аккомпанемент (его рудименты, по-видимому, в наше время сохранились в музыке для производственной гимнастики), по которому безошибочно узнавали кинематограф. В 1914 г. тонкий ценитель музыки композитор Л. Л. Сабанеев дал такое определение киномузыке: «Искусство музыкальной иллюстрации картин, рожденное быстрым расцветом кинематографа, может быть вкратце сформулировано как искусство смело и без зазрения художественной совести играть на фортепиано все, что придет в голову, не соображаясь ни с логикой, ни со вкусом» [5]. При этом наблюдатели со стороны считали непритязательный аккомпанемент вместо сонаты Бетховена меньшим из двух зол. В статье 1915 г. Сабанеев делился впечатлением противоположного порядка:
«Трудно описать все те ужасы, которые мне довелось слышать в этой области в «столичных» кинотеатрах (что же говорить о провинции), ужасы, перед которыми бледнеют все ужасы потрясающих драм в тысячи метров. Я слышал, например, сонаты Бетховена, долженствовавшие изображать «рынок» на площади, и видел «Вора», иллюстрируемого звуками искаженного романса Чайковского» [6].
Между тем низкое качество исполнения и самой музыки не мешало современникам ощущать необходимость киноаккомпанемента. Если, по свидетельству мемуариста1, в первом петербургском кинематографе «Живая фотография» (весна 1897 г.) фильмы шли без музыкального сопровождения [7], и это, видимо, оставалось нормой до начала 1900-х годов, то, как сообщает другой очевидец, в 1909 г., когда при нем произошла накладка с пианистом, публика стала требовать возврата денег (правда, та ее часть, которая успела без музыки просмотреть всю программу) [8]. В 10-е годы необходимой сделалась не всякая музыка, а музыка подходящая — вопреки опасениям Сабанеева, и в столицах, и в провинции кинозрители стали проявлять разборчивость.
Обозреватель ростовского журнала в 1915 г. писал: «Довольно часто в публике слышишь выбор кинематографа в зависимости от импровизатора» [9]. О том же говорил один из лучших пианистов-иллюстраторов 10-х годов москвич А. Анощенко: «Я знал культурных любителей кино, которые посещали «Континенталь», а не «Модерн», находящийся поблизости, только потому, что в первом кинотеатре играл под картины Кручинин. В своей импровизации он достигал совершенного синтеза с драматическим действием, значительно усиливая его эмоциональное содержание» [10].
Цивьян Ю. Г. Историческая рецепция кино: кино в России, 1895–1930. – Рига: Зинатне, 1991.
БИБЛИОГРАФИЯ
1. Тынянов Ю. Н. Поэтика. История литературы. Кино. - М., 1977, с. 321.
2. Brownlow K. The parade's gone by... - London, 1968, с. 337.
3. Голдобин А. В., Азанчеев Б. М. Пианист-иллюстратор кинематографических картин. - Кострома, 1912, с. 419.
4. Проколенко Л. Куприн и кино // Искусство кино. - 1960. - № 8, с. 119-120.
5. Сабанеев Л. Л. Экран и музыка // Театральная газета. - 1914. - № 27, с. 12.
6. Сабанеев Л. Л. Кино-музыка // Театральная газета. - 1915. - № 21, с. 4.
7. Дюшен Б. В. Беглые воспоминания. (Машинопись, хр. в фонде В. Вишневского в ГФФ СССР.] С. 1.
8. Анощенко А. Из полузабытой эпохи: [Машинопись, хр. в фонде В. Вишневского в ГФФ СССР.] С. 1-2.
9. Сельский С. Музыкальная импровизация в кинематографе // Кинематограф (Ростов н/Д). - 1915. - № 4-5, с. 11.
10. Анощенко А. Из полузабытой эпохи: [Машинопись, хр. в фонде В. Вишневского в ГФФ СССР.] С. 13.