Сегодня, как и вчера, советские кинопублицисты находятся в авангарде борьбы за новые рубежи коммунистического строительства. С камерой в руках пишут кинолетопись современности, запечатлевая подвиги советских людей, о которых Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев на XXV съезде партии сказал:
«...каждое утро десятки миллионов людей начинают свой очередной, самый обыкновенный рабочий день: становятся у станков, опускаются в шахты, выезжают в поле, склоняются над микроскопами, расчетами и графиками. Они, наверное, не думают о величии своих дел. Но они, именно они, выполняя предначертания партии, поднимают Советскую страну к новым и новым высотам прогресса».
Документалисты могут гордиться тем, что участвуют в создании коллективного портрета строителя коммунизма — человека нового мира, человека высокой идейной убежденности, нравственной чистоты. Десятки прекрасных лент, снятых на разных студиях страны, — тому подтверждение.
Однако, отдавая должное сделанному, мы понимаем всю справедливость указаний партии, обращенных к работникам кино в Постановлении «О мерах по дальнейшему развитию советской кинематографии», в котором отмечалось, что нами еще не используется все богатство художественных средств для создания впечатляющего образа современника.
На студиях страны ежегодно выпускается 40–45 полнометражных и более 600 короткометражных документальных и научно-популярных фильмов. На их производство и тиражирование затрачиваются десятки миллионов рублей, уходит 30 процентов всей кинопленки. Цифры немалые! Стоит подумать, правильно ли мы расходуем эти средства, достаточна ли ответственность кинематографистов и, в частности, молодых, перед зрителем, перед государством? Эффективно ли молодые используют свои силы, свой талант? Насколько их произведения отвечают современным задачам киноискусства?
С этой точки зрения прежде всего мне бы и хотелось поразмышлять о молодом пополнении нашего документального кинематографа, пополнении, которое пришло в последние годы и которое принимает ныне эстафету от старших.
Надо сказать, что советское документальное кино во многом своими успехами, своим новаторством обязано успеху молодых. Ведь если вспомнить историю нашей кинопублицистики, то именно молодые энтузиасты (ныне ставшие классиками) утверждали в 20-е годы документальную кинематографию как новый вид «коммунистической расшифровки окружающего мира». Молодые активно боролись за новое, передовое — как в кино, так и в жизни. Назову здесь лишь имена Вертова, Копалина, Кармена, Медведкина, Кристи...
Разные поколения молодых сыграли заметную роль в развитии документального киноискусства. В основе их успехов — постоянная помощь старших товарищей, учителей, прошедших огромную жизненную школу, опаленных огнем Великой Отечественной войны. Молодежь высоко ценит их гражданский и нравственный опыт, хорошо понимая, что именно он послужил залогом творческих завоеваний, тех принципиальных удач, которые навсегда останутся в истории советской кинопублицистики.
Лучшие ленты последних лет, сделанные молодыми кинематографистами, свидетельствуют о том, что молодые документалисты, выполняя ответственные задания партии, стремятся идти в ногу со временем, обживают его «горячие точки». Кинообъективы нацелены на важнейшие стройки страны, молодые авторы рассказывают о самоотверженном труде советских людей на БАМе и в Тюмени, на КамАЗе и Саяно-Шушенской ГЭС, на казахстанской целине. Главным героем картин является наш современник, труженик и созидатель.
В последнее время я посмотрел немало фильмов молодых кинематографистов разных студий. И как правило, удачу лент предопределял интерес к человеческой судьбе, умение запечатлеть характер, черты личности.
Вот, например, ленты иркутского режиссера В. Хоменко — «Мосты» и «Бригада Шубина». Первая посвящена молодым строителям Байкало-Амурской магистрали. Ее название имеет в виду не только мосты, возводимые через реки, но и те, что перекидываются от человека к человеку, от поколения к поколению. И режиссеру удалось раскрыть эту мысль через живые характеры людей, через человеческие отношения. Современный киноязык, четкий ритм, своеобычные ракурсы, яркие синхронные диалоги и монологи героев выделяют эту картину и свидетельствуют о том, что делалась она талантливым художником. В фильме ощущаешь обаяние и живой нерв молодости.
Во второй картине режиссер затрагивает интересную производственную проблему: бригадир Шубин окончил институт, но не уходит из своей бригады на руководящую инженерную работу, а вместе с молодежью настойчиво ищет пути повышения производительности труда, пытается определить: как по-настоящему заинтересовать в этом рабочего. В фильме убедительно показаны взаимоотношения внутри коллектива, атмосфера творческого содружества. В новом свете прорисовывается личность рабочего человека, думающего о выгоде не для себя — для общества.
Когда говорят: «героика повседневного», я вижу людей, прежде всего глубоко преданных тому делу, с которым их связала судьба. Таков и бригадир Шубин из фильма В. Хоменко, человек активный, ответственный. Думаю, это главная примета эпохи, в которую мы живем. «Ничто так не возвышает личность, — говорил на XXV съезде КПСС Л. И. Брежнев, — как активная жизненная позиция, сознательное отношение к общественному долгу, когда единство слова и дела становится повседневной нормой поведения». И публицистика наша, как никогда раньше, должна способствовать повышению трудовой и общественной активности людей, показывая человека долга, человека слова и дела, человека страстной коммунистической целеустремленности — крупным планом.
В этом смысле отрадным фактом можно считать появление такой картины, как «Председатель Малинина». Ленинградский режиссер Н. Обухович вместе с оператором В. Дьяконовым долгое время вели кинонаблюдение за своей героиней, стараясь создать на экране ее живой человеческий портрет. Председателя колхоза Малинину зритель увидит в рабочем кабинете, на разных участках сельскохозяйственного производства, в колхозном клубе, где она с подругами поет русские песни, дома, за чашкой чаю... Из разных штрихов и деталей слагается образ человека, который на своих плечах вынес всю тяжесть войны, трудности крестьянской работы, особенно в послевоенное время, но сохранил, не расплескал доброту к людям, радость жизни.
Есть, правда, в этом фильме и определенные пробелы, подчас о некоторых существенных сторонах жизни и деятельности героини приходится догадываться — перед нами скорее поиск в жанре портрета, чем законченный портрет. Но главное схвачено верно. И этим ценно экранное знакомство с Прасковьей Малининой. Тем более что живые человеческие зарисовки на нашем документальном экране не столь уж часты. Не всегда удается установить ту близость между автором и героем, которая обещает рождение яркого и достоверного образа современника. Так, как это было у В. Лисаковича с бывшей разведчицей Катюшей, у М. Зеликина с Терентием Мальцевым, у Г. Франка — с председателем колхоза Каулннем.
С вниманием стоит отнестись к работе молодого режиссера ЦСДФ Ирины Свешниковой. Важно отметить не только ее фильм «Уроки Братска» — в нем наряду с достоинствами есть свои недочеты, но уже самый характер подхода к творческой задаче, когда автор сумела по-своему сориентироваться в материале, нашла путь его осмысления, ценен. Заинтересовавшись сложным комплексом проблем, связанных со строительством новых городов, И. Свешникова поехала в Братск и, ознакомившись с реальным положением дел, сняла вместе с молодым оператором А. Минаевым фильм-размышление над просчетами, что были допущены при сооружении сибирского города. В беседах-интервью с рабочими, учеными, партийными работниками идут поиски ответов на те актуальные вопросы, от правильного подхода к которым зависит судьба будущих архитектурных и градостроительных решений, а следовательно, удобство и комфорт жителей новых городов. Фильм целенаправлен, заставляет думать над проблемами важного народнохозяйственного значения.
В документальном кино особенно плодотворно воздействие с помощью извлекаемых из жизни уроков. Тем более если речь идет о вопросах нравственных. Обязанность кинодокументалиста активнее бороться с рецидивами мещанской морали, с несознательным отношением к делу и общественному долгу, с пьянством, хулиганством, тунеядством. Очень нужны картины подобного рода. Однако в последнее время за них берутся немногие из молодых. Тем большей поддержки заслуживает инициатива совсем молодого режиссера А. Опрышко. Обратившись к такому негативному материалу, как алкоголизм, пьянство, А. Опрышко в содружестве с журналистом В. Аграновским сделал на ЦСДФ две картины — «Отрезвление» и «А где тут у вас море?». Публицистически острые ленты привлекают внимание зрителей к явлениям, требующим решительного общественного порицания.
Среди молодых, которые ведут поиски в современной тематике, я бы назвал также режиссеров М. Арипова, И. Григорьева, П. Унгуряну, С. Маркова, С. Стародубцева, Е. Гинзбурга, Ю. Занина, операторов В. Дьяконова, Ю. Александрова, М. Масса, В. Цеслюка, В. Никонова. В своих героях они выделяют черты, присущие человеку новой социалистической формации.
Сегодня документальное кино не может довольствоваться мгновенной, как моментальная фотография, зарисовкой, выхваченной из «потока жизни». Оно стремится познать сущность человека, проникнуть в глубь характера, постичь психологию личности. В лучших лентах это удается. Но как часто экранный герой выглядит беднее, бледнее того реального прототипа, с которым приходится сталкиваться в повседневной деятельности. Происходит это потому, что авторы, в том числе молодые, нередко не дают себе труда пойти дальше фиксации житейского факта, не стремятся глубоко осмыслить его, установить с героем необходимый человеческий контакт, предполагающий взаимное доверие. Некоторые режиссеры полагают, что стоит им, скажем, взять у героя интервью, поговорив с ним о «чем-нибудь», и это уже само по себе внесет живую ноту в фильм, обеспечит путь к его успеху. Но поверхностный разговор «о чем-нибудь» и приводит к тому, что на экране появляется серенькое «что-нибудь» — не больше.
В последнее десятилетие искусство документального фильма вышло на новые рубежи, перейдя границы непосредственного отражения событий, прямой их фиксации. Понятие «экранный документ» значительно расширилось и углубилось, оно подразумевает не просто отображение реальности, а непременное участие в этом процессе самого художника, аккумулирующего социально-политический и нравственный опыт народа. Вот почему ведущие наши мастера кинопублицистики выступают не просто хроникерами и даже не комментаторами явлений, а становятся как бы живым действующим лицом исследуемых событий. Именно так воспринимаются фильмы «Чужого горя не бывает» и «Шел солдат...» К. Симонова, ленты Р. Кармена «Пылающий континент» и «Сердце Корвалана», где со всей ясностью проявлена гражданская позиция авторов.
Нынешний зритель нетерпимо относится к дидактике, нравоучениям, к холодной иллюстративности экрана; яркий образно-эмоциональный ряд — условие удачи фильма, путь к которой лежит через преодоление сложившихся трафаретных решений и привычных схем. Не расставшись с мертвыми стереотипами, убивающими любой интересный замысел, не объявив непримиримый бой конъюнктурной поделке, перечислительной скороговорке, равнодушному ремесленничеству, мы не сможем двигаться вперед.
И здесь, конечно же, весомое слово должно принадлежать молодым, поскольку с молодостью мы всегда связываем присутствие новизны, свежести взгляда, открытие еще не выявленных возможностей.
Молодой кинематографист, начинающий работать в документальном кино, не должен рассчитывать на одну только актуальность материала. Что греха таить, мы знаем, как на этом «коньке» выезжали некоторые документалисты, не ставящие перед собой серьезных идейно-творческих задач, довольствующиеся лентами описательными, чисто фактографическими. До сих пор чрезмерная фактографичность, однозначность и схематичность экранных образов являются барьером, мешающим выйти на простор активных и глубоких художественных поисков, поскольку привычка к укоренившимся стандартам неизбежно порождает известную настороженность к необычному, не апробированному в искусстве.
Все это, конечно, вносит дополнительные трудности в творческие поиски молодежи. Но диалектика искусства обязательно подразумевает в молодых, приходящих на смену старшим, смелость, способность на риск, на дерзание. Если хотите, не только развитие предыдущего опыта, но кое в чем и известный его пересмотр.
Я уже говорил о положительных чертах некоторых недавних фильмов, сделанных молодыми документалистами. А если обратиться чуть в прошлое и вспомнить такие картины, как «Без легенд», «До свидания, мама», «Лучшие годы нашей жизни», «Взгляните на лицо», «Замки на песке» и некоторые другие, созданные в свое время молодой сменой кинематографистов, то тезис о поиске и творческом азарте молодежи получит дополнительное подтверждение.
Однако, как ни печально об этом говорить, наши надежды на нынешнее молодое поколение кинодокументалистики пока еще должным образом не оправдываются. Заметных дебютов в кинопублицистике значительно меньше, чем в игровом кино, хотя, казалось бы, право на самостоятельную работу над хроникальной лентой в одну-две части завоевать легче, чем получить постановку полнометражного художественного фильма. В чем тут дело, почему сегодня мы не можем заявить о мощной «новой волне» документального кино, не можем в полный голос говорить о новом качестве, которое привнесли в нашу кинопублицистику ее молодые силы?
Начну с того, что среди недавних студентов еще встречаются эдакие стареющие молодые — от студенческих лет они сохранили лишь способность отрицания тех или иных творческих принципов, но не сумели предложить ничего своего, продуманного и прочувствованного. По счастью, не они определяют моральный и творческий климат в молодом документальном кино. Но балласт этот тем не менее дает себя знать и в какой-то степени свидетельствует о пробеле в воспитании молодых кинематографистов, пробеле, о котором я не могу не сказать с известной тревогой.
Опыт становления личности художника показывает, что документалист всегда начинается с гражданской, общественной позиции, с тех мировоззренческих принципов, что становятся во главу угла работы современного кинопублициста. Только при такой социальной активности поиски молодого художника естественно сольются с запросами времени, с движением кинематографа в целом.
Как раз здесь и хочется предъявить серьезные претензии молодежи документального кино, сказать о недостаточно глубоком, заинтересованном отношении к окружающей действительности, о той ее общественной инертности, с которой приходится сталкиваться в повседневной жизни киностудий.
К сожалению, есть такие молодые документалисты, что считают, будто они растеряют свой талант, свою самобытность, если станут тратить время на общественные дела, начнут активно участвовать в жизни своих творческих коллективов. Молодые на студиях редко говорят и спорят о выпускаемых фильмах, предпочитают не вступать в открытую борьбу с явными недостатками на производстве, ждут, что все им принесут на «золотом блюдечке». Иногда молодой художник бурно доказывает, как необходим ему творческий союз, как он нуждается в нем, но только стоит ему попасть в члены союза, как он моментально забывает о своих словах и отходит в сторону от общих дел, занимается только собой. Не знаю, как на других студиях, но у нас на ЦДСФ есть режиссеры и операторы, не проявляющие вкуса к работам своих товарищей, к игровым фильмам своих коллег, они не увлекаются смежными искусствами, мало читают, в том числе и специальную кинолитературу. Так и проходит жизнь в скорлупе узких личных интересов.
А ведь жизненная позиция, общественный пафос, эстетические пристрастия и эрудиция художника неминуемо проявляются в его произведениях. Стоит ли удивляться, что на экране мы встречаемся с лентами, пассивно регистрирующими те или иные события.
Порой приходится просто недоумевать: берет молодой режиссер интереснейший, мало исследованный материал, позволяющий сообщить зрителю богатую информацию и о людях, творящих новое, и о цели, огромном экономическо-хозяйственном значении их усилий, а на экране — не скрепленные живой мыслью, разрозненные, бледные по содержанию кадры, в лучшем случае отмеченные профессионализмом операторской работы.
Как досадно такое безразличие к проблемам современной жизни. Подобные ленты не способны ни информировать по-настоящему зрителя, ни увлечь размахом важных дел. Где уж тут говорить о разведке нового, которую больше всего ждешь от молодого художника.
Здесь снова придется напомнить об опыте старших, о той гражданской активности и творческой одержимости, которые были присущи Дзиге Вертову, Илье Копалину, Роману Григорьеву, которые всегда отличали и отличают, например, Александра Медведкина, Романа Кармена, да и многих, очень многих других мастеров теперешнего среднего поколения, неизбежно переплавляясь в яркие, эмоционально насыщенные образы их прекрасных картин.
Убежден, что истинная увлеченность созвучными времени идеями и замыслами толкает на еще более интенсивные поиски в области формы, к совершенствованию профессионального мастерства.
Между тем профессиональный опыт молодых документалистов еще нуждается в серьезном обогащении новыми средствами, в более уверенном освоении отдельных элементов профессии. Даже в хороших картинах молдавских документалистов, отмеченных интересным поиском, бросаются в глаза типичные, лежащие на поверхности просчеты.
Многотемье, неумение выделить, акцентировать главное; излишнее многословие и велеречивость в картине «Пульс времени» (режиссер П. Унгуряну). Претензия на философичность при явно недостаточной глубине размышлений, склонность к излишней постановочности некоторых сцен, снижающая достоверность материала в фильме «Твой ребенок» (режиссер В. Друка).
А пресловутое «утепление» бесстрастного изобразительного ряда «задушевным» дикторским текстом, даже в тех случаях, когда это не соответствует природе материала?
А музыкальное оформление? Эти сменившие медь симфонических оркестров гитарные переборы эстрадных ансамблей, повсюду насаждающих свои синкопические ритмы, хотя иным кинокадрам подобная музыка противопоказана...
Все эти распространенные недостатки и ведут в царство новых шаблонов, с которыми прежде всего и больше всего воевать-то надлежит именно молодежи!
Хочется надеяться, что пробелы в идейно-художественном становлении молодых кинодокументалистов временны, что общими усилиями мы сумеем их преодолеть, и молодая кинопублицистика действительно займет место в авангарде нашего документального кинематографа, создающего экранную летопись времени. От молодых во многом зависит, чтобы летопись эта была по-настоящему правдивой и увлекательной.
Мы немало и, думается, справедливо говорим об организации проката документальных фильмов, выражая свое недовольство тем, как обстоит дело с показом наших картин зрителю. Да, тут много нерешенных вопросов организационно-финансового порядка. Но давайте посмотрим на проблему с другой стороны и честно признаемся: многие документальные фильмы просто неинтересны зрителю. В них мало, как я уже говорил, увлекательной информации, подлинной новизны, хорошей сенсации, наконец, недостает такого важного элемента, как зрелищность. Мало интересных, самобытных размышлений.
Как видим, тут прежде всего надобно, как говорил Крылов, «на себя оборотиться». Но, конечно же, существуют и объективные причины, связанные с условиями производства.
Как обычно складывается начало работы молодого документалиста? Очень редко молодой режиссер или оператор приходит на студию со своей выношенной, выстраданной темой и получает возможность ее осуществить. Чаще всего начинающий документалист механически включается в производственный поток, который почти неизбежно втягивает его в русло привычных тем и решений — возможность эксперимента здесь самая минимальная. Привычному «среднему уровню» в работе молодых способствует и сам метод тематического планирования документальных фильмов, не учитывающих конкретных творческих интересов, индивидуальных особенностей и возможностей тех, на кого ориентируется план. Я думаю, что справедлива также просьба молодежи, высказанная на 2-м Всесоюзном совещании молодых кинематографистов, внести в тематический план резервные темы, которые будут определяться заявками молодых.
Постановление ЦК КПСС «О работе с творческой молодежью» предусмотрело организацию специального экспериментального молодежного творческого объединения. Такое объединение в области игрового фильма сейчас создается на базе киностудии «Мосфильм». Молодежь документального кино тоже нуждается в экспериментальном объединении — оно может послужить тем трамплином, который поднимет работу молодых на новый уровень.
Для нормального процесса развития искусства кинопублицистики необходим приток свежих сценарных сил. Между тем сценаристов документального кино не готовят ни ВГИК, ни Высшие сценарные курсы. Вот и появляются на студиях в качестве авторов случайные, не подготовленные к этой специфической работе люди, что прямым образом влияет на качество фильмов.
В творческой судьбе молодых кинодокументалистов должна быть больше заинтересована наша критика. Сейчас молодым не хватает ее своевременной профессиональной помощи и заботы, а также взыскательного спроса.
Наверное, можно было бы остановиться и на ряде других вопросов, в той или иной мере сопрягающихся с творчеством молодых документалистов, с перспективами их дальнейшей работы. Неизбежно возник бы разговор о такой работе и на телевидении, которая исключала бы повторы, дублирование, об атмосфере в творческих коллективах, которая не всегда складывается нормально и благоприятно для молодых. Однако всех проблем не затронешь. Важно было выделить решающие узлы в творческой и организационной системе работы молодых кинопублицистов.
Для молодых должны быть созданы самые благоприятные условия творчества — об этом прямо сказано в Постановлении ЦК КПСС. Постановление уже претворяется в жизнь, многое делается для того, чтобы работа молодых протекала в доброжелательной, способствующей дальнейшему творческому росту обстановке. Тем более мы вправе ждать от молодежи документального кино произведений, отмеченных партийной страстностью, гражданской целеустремленностью, яркой художественной образностью — произведений, участвующих в коммунистическом строительстве.
Трошкин, В. Молодые кинодокументалисты: задачи, проблемы, творческие перспективы / В. Трошкин // Искусство кино. – 1977. – № 4. – С. 69–74.