Алексей Балабанов родился 25 февраля 1959 года в Свердловске. Отец, Октябрин Сергеевич, работал редактором на Свердловской киностудии в отделе научно-популярных фильмов; мать, Инга Александровна, медик по образованию, — в Свердловской администрации. В раннем детстве «с ним никто не сюсюкался, никто с ним особенно не занимался. Читать начал очень рано. ‹…› Он очень обязательный был, и потом всегда. Если сказал, что сделает или во столько-то придёт — то уже однозначно. Его отец приучил, что нужно быть в жизни обязательным, честным человеком, никогда не врать«, — так говорит о нем Инга Александровна автору биографии режиссера (Кувшинова М. Балабанов. Сеанс, 2015). Алексей Балабанов в разных интервью не раз подчёркивал, что родители почти не занимались его воспитанием, а сам он рос на улице и был хулиганом. Школьный друг Евгений Горенбург вспоминал: «в те годы, когда мы были детьми, ещё сохранялась некая эстетика дворов. ‹…› все друг друга знали и все примерно были равны — что член райкома, что дворник, который жил в подвале. Лёха вырос как раз в таком дворе. ‹…› Он был нормальным парнем, не изгоем не маменькиным сынком. Лидером, скажем, молодёжной преступной группировки, он, конечно, никогда не был, скорее всё-таки пехотой» (Там же).
Балабанов учился в школе № 2 с углублённым изучением иностранного языка. В старших классах он играл в группе. На выпускном вечере Балабанову выбили два зуба в драке из-за девушки. После окончания школы, в 1978 году Алексей Балабанов поступил в Горьковский педагогический институт иностранных языков. В 1980 году он семестр стажировался в Англии. «По обмену ездил в Манчестер. Три месяца, даже больше — семестр я там проучился. В 80-м году я приехал в Англию — представляешь, что это было такое? Тогда, в советское время? Мне там просто голову снесло. В Лондоне я прожил две недели... Жил там у Гарри Глиттора, — помнишь, был такой рок-н-ролльный певец? Ну, Элвис Пресли и Гарри Глиттор... Еще я там со скинхедами задружился. Время панков было тогда. Это настоящие такие крутые парни были. И вот мы с ними там рассекали... Я там понял, что такое эмиграция. Я в Манчестере видел учебник русского языка, и там такое: «Ваня проснулся утром в избе и спустился к завтраку» (Свинаренко И. «Я никогда не делал в жизни того, что мимо», Интервью с А. Балабановым // «Медведь»). Со стажировки Балабанов вернулся с большой коллекцией виниловых пластинок, которые позже появятся в фильме «Жмурки». После университета в 1981 году Балабанов два года служил в армии. «Распределение было простое, на выбор: либо в Эфиопию, либо на самолеты. Сидеть в Африке на одном месте — эта идея мне не нравилась. Да и не хотелось мне из России уезжать. А поскольку на самолет слепых не берут, я выучил таблицу наизусть: МНК, ЫМБШ... И так полтора года летал» (Там же). Балабанов побывал в Анголе, Сирии, Афганистане и других странах. «Я в первый раз понял, что такое война, когда в Эфиопии мы садились в машину и мне сказали — садись за водителем. Чтоб прикрыться. Понял, да? С одной стороны цинично, а с другой — рационально. Такое было первое ощущение войны — что здесь могут убить. Я это понял... За то время, что я летал, два наших самолета транспортных сбили. Там мои товарищи погибли...» (Там же). Из авиации Балабанова перевели в военно-морской флот «за анекдот. Письма, оказывается, читали. Анекдот такой: Смотрит Брежнев в зеркало и говорит: „Ох уж мне этот Тарковский“. Они его не поняли наверняка. Не поняли — но, так как про Брежнева..» (Свинаренко И. «Я знаю, что недолго проживу» Интервью с А. Балабановым // «Медведь»).
С третьего курса университета Балабанов вёл дневники, где много писал о прочитанной литературе и увиденных фильмах, оценивал их, анализировал, описывал свои состояния и мысли, увиденное, пережитое и придуманное. После армии поступил во ВГИК: «Я поступил во ВГИК на сценарный игровой, к одному придурку, забыл, как фамилия. Я написал рассказ „День рождения“, привез ему, он прочитал... Герой там проснулся с похмелья, а у него на кухне вода разлилась холодная. И у меня была фраза: „Вода обжигала ноги“. Он мне говорит: „Вот по твоему сценарию будут снимать кино. Как ты сделаешь, что вода обжигает ноги?“ Я посмотрел и подумал: „Чего, дурак, что ли?“. Уехал с сессии и больше не приезжал» (Кувшинова М. «Так оказалось, что я здесь живу» Интервью с А. Балабановым // Seance.ru). Несколько лет Балабанов проработал на Свердловской киностудии помощником режиссёра, часто ездил в командировки в Сибирь, Якутию, на Дальний Восток, Крайний Север.
В конце восьмидесятых Балабанов познакомился со своей первой женой Ириной. В 1987 он поступил на Высшие курсы сценаристов и режиссёров. Первой курсовой работой стал короткометражный фильм «Раньше было другое время», где снялся Вячеслав Бутусов и группа «Наутилус Помпилиус». Сценарий к фильму Балабанов написал за одну ночь. На курсах Балабанов снял короткометражный фильм «Настя и Егор», о свердловских рок-музыкантах Насте Полевой и Егоре Белкине. На ВКСР Балабанов с Сергеем Сельяновым. Его Балабанов уговорил жить вместе в одном блоке общежития. «Сельянов, естественно, не учился и не жил [в общежитии] — он снимал дальше кино, „Духов день“, но приезжал иногда. Я его почти не видел, хотя номинально мы жили вместе. Я фактически два года прожил один, вернее, три, потому что нам продлили режиссуру ещё на год» (Там же). В 1988 году в Киеве Балабанов снял короткометражный документальный фильм «О воздушном летании в России». Её он считал неудачной: «Сценарий был не мой, получилось ни то, ни сё» (Кувшинова М. Балабанов. Сеанс, 2015).
В 1990 году Балабанов приехал в Ленинград «осмотреться», и жил некоторое время в квартире у Сельянова. На «Ленфильме» с 1988 года под руководством Алексея Германа действовала «Мастерская первого фильма», куда Балабанова привёл Сельянов, где и был снят первый полнометражный фильм «Счастливые дни» по мотивам произведений Сэмюеля Беккета. Фильм был снят на черно-белую плёнку: «Мне черно-белое кино всегда нравилось, я цветного всегда боялся. Цвет — это же надо с ним бороться. Тем более „Голод“ был чёрно-белый. Все хорошие картины, которые я видел, были черно-белые», — говорил Балабанов (Там же). Оператор во время съёмок был заменён на Сергея Астахова (с ним Балабанов в дальнейшем снимет «Брата», «Про уродов и людей», «Брата-2», «Войну», «Мне не больно»). Фильм получил ряд наград и был показан во внеконкурсной программе Каннского кинофестиваля, но «они («Счастливые дни», прим.) были на фиг никому не нужны кроме питерских людей, либо близких к ним эстетов» (Там же).
На премьерном показе Балабанов познакомится с художником по костюмам Надеждой Васильевой, впоследствии станет его второй женой. «Его первая фраза была: ты мол с козлами всю жизнь общалась, и поэтому не знаешь, что такое настоящий человек ‹…› По-моему, на второй день он сказал или в первый же, что я «женюсь» ‹…› Подарил мне зубную щётку. Вообще, он мне за всю жизнь подарил два подарка: зубную щётку и кисточки» (Там же). За «Счастливыми днями» последовал «Замок», экранизация одноименного романа Франца Кафки. Балабанов считал его своим самым слабым фильмом. «Второй фильм — это эйфория. Второй фильм — не скажу всегда, но обычно у режиссёров не получается», — говорил Балабанов о «Замке» (Там же). Также Балабанов считал, что ошибся с выбором актёра на главную роль, и винил западных продюсеров в провале фильма в европейском прокате (Балабанов в статье «Печально, что в нас не верят» (Искусство Кино. 1994. № 8) говорит о недобросовестности западных продюсеров).
Сергей Сельянов вспоминал, что Балабанову никогда не везло с погодой и правами. Ещё одним «модернистским» фильмом должен был стать «Пан» по роману Кнута Гамсуна. За правами обратились к наследникам писателя, но они были проданы накануне американскому продюсеру. Снять фильм по «Камере обскура» Владимира Набокова Балабанов, по воспоминаниям Сергея Сельянова, мечтал с самого начала карьеры, но с сыном писателя так и не удалось договориться о покупке прав на использование романа. После «Замка» в киноальманахе «Прибытие поезда» вышел короткометражный фильм «Трофим» о крестьянине, который зарубил топором брата, отправился в Петербург и попал в объектив кинокамеры на вокзале.
Всероссийскую славу до того малоизвестному режиссёру-эстету принесла криминальная драма «Брат», вышедшая в 1997 году, через год после окончания первой чеченской войны. Тогда же режиссёра впервые обвинили в расизме и национализме. В России приз фильм получил «Кинотавра» за лучший фильм и лучшую мужскую роль в 1997 году. Как и «Счастливые дни», «Брата» показали в Каннах. Фильм прошёл на восьмидесяти международных кинофестивалях получил множество наград, а в России стал культовым. После «Брата» был снят «Про уродов и людей» (1998), фильм, который «Балабанов считал своей самой совершенной картиной» (Там же). Он получил в 1998 году спецприз «Кинотавра» и «Нику» за лучший фильм года. В «Про уродов и людей» Балабанов впервые использовал компьютерную графику.
«Брат-2» расширил пространство — впервые место действия перенеслось за пределы Ленинградской области и вообще России. Фильм получил скептические отзывы критики, большую прибыль в прокате, разошелся на цитаты.
С «Реки», фильме о жизни прокажённых якутов в конце XIX века по повести Вацлава Серошевского «Предел скорби», в жизни Балабанова начинается черная полоса. Он переживает череду трагедий. Когда была отснята треть фильма, режиссёр с семьёй и съёмочной группой попадает в автокатастрофу. В ней гибнет исполнительница главной роли Туайра Свинобоева. Съёмки фильма решают не продолжать. Позднее отснятый материал смонтируют в пятидесятиминутный фильм, где неснятые эпизоды заменяет закадровый комментарий. Оператор Сергей Астахов скажет о фильме: «Фильм мог быть слишком пессимистичным. ‹…› Если бы я был более принципиальным, я бы просто отказался... Я просто чувствовал, что мы делаем очень хорошее кино, но оно несёт отрицательный заряд. ‹…› Я бы никогда не стал снова снимать этот фильм ‹…› после такого фильма — только веревку останется на шею надеть» (Там же).
Далее последовала «Война», снимавшаяся в Чечне, в опасных условиях боевых действий. Фильм вышел в 2002 году. В том же году, 20 сентября в Кармадонском ущелье гибнет Сергей Бодров. Для Алексея Балабанова гибель друга становится страшным ударом. «Слова Балабанова „Я не хочу жить“ прозвучали после Кармадона» (Там же). В 2003 году Балабанов запускается с новой картиной — «Американец», но съёмки останавливаются из-за алкоголизма исполнителя главной роди Майкла Бина. «Там такая история классная... Как американец, процветающий бизнесмен, прибился к инородцам в Иркутской области. Мы часть фильма сняли, в Штатах. И когда прилетели в Норильск снимать дальше, американский актер запил. Это который в „Терминаторе“ из будущего прилетел, человечество спасать. А в Иркутске он уже еле ходил» (Свинаренко И. «Я знаю, что недолго проживу» Интервью с А. Балабановым, журнал «Медведь»). Балабанов планировал вернуться к съёмкам «Американца» до конца жизни, в последних интервью он говорил, что хочет предложить главную роль Майку Тайсону.
В 2004 и 2006 годах Балабанов снимет два жанровых фильма: чёрную комедию «Жмурки» и мелодраму «Мне не больно». «Мне хотелось, чтоб девушки плакали, чисто спортивный интерес у меня был. Я мелодрамы никогда не снимал, и вот снял. Оказалось, что не только девушки, но целые семьи плачут! „Жмурки“ — комедия, никогда прежде комедий не снимал. Но люди фильм поняли не как комедию, а как „Брат-3“» (Там же).
Прогремит следующий фильм Балабанова, «Груз-200» (2007), история о похищении девушки милиционером в 1984 году. Прочитав сценарий, Евгений Миронов и Сергей Маковецкий, которым Балабанов предлагал роли. Не будет работать на картине и оператор Сергей Астахов, который позднее скажет о фильме: «Это по-своему талантливо, но смысл в чём? Ещё рассказать, что «мы были ничем?» (Кувшинова М. Балабанов. Сеанс, 2015). «Груз-200» и последующие фильмы Балабанов снимает с оператором Александром Симоновым. Премьера фильма на фестивале «Кинотавр» запустит широкую общественную полемику вокруг картины.
Следующим фильмом за «Грузом-200» Балабанов должна была стать «Глиняная яма» по пьесе Ольги Погодиной. «Я испугался, потому что по мне — это жестче, чем „Груз 200“. Я честно говоря, боялся, что Лёшу после этой „Глиняной ямы“ порвут. Там основная тема — межнациональные отношения», — скажет об этом замысле оператор Александр Симонов (Кувшинова М. Балабанов. Сеанс, 2015). Но вместо «Ямы» Балабанов снимет «Морфий» по сценарию погибшего в Кармадоне Сергея Бодрова. Он прочитает его в посвященной Бодрову книге, изданной «Сеансом». Сергей Сельянов предполагает, что вместе с «Грузом», «Морфий» образуют своеобразную «режиссёрскую дилогию о канунах. „Они оба — про то, как страна щелчком, п-щ-щ-щ, исчезает, переходит в какую-то свою противоположность“» (Там же).
В «Кочегаре» (2010) «в первом за много лет отчетливо положительном балабановском герое трогательно угадывается сам Алексей Октябринович» (Волобуев Р. Автопортрет с мертвецами // Афиша). Криминальная история вокруг семьи якута, героя Советского союза — «opus magnum Балабанова, сумма всех его постоянных мотивов и кристальное производное абсолютно герметичной режиссерской вселенной» (Кувшинова М. Балабанов. Сеанс, 2015).
В своем последнем фильме «Я тоже хочу» (2012) Балабанов впервые соглашается перейти на съемку цифровой камерой. В фильме герои путешествуют к Колокольне Счастья по странной территории вечной зимы. Балабанов сыграет в фильме небольшое камео — режиссёра, которому счастье не положено.
Смерть от острой сердечной недостаточности настигнет Балабанова 18 мая 2013 года в санатории под Сестрорецком, во время работы над сценарием нового фильма «Мой брат умер». Режиссер похоронен на Смоленском кладбище в Санкт-Петербурге.
Александр Рябин
