Фрагмент интервью с Владимиром Заманским и Натальей Климовой. Беседуют Алексей Мигальников и Дарья Парменова.
<...> — Но сначала Господь направил вас по актерской стезе. А какое у вас сейчас отношение к этой главе вашей жизни, к актерскому делу? В одном из интервью вы сказали, что «современный театр отводит русского человека от Христа».
Владимир Петрович: Ну, от судьбы не уйдешь, как говорится. И это надо было пройти. Но сейчас у меня отношение к актерской деятельности, как вы правильно заметили, весьма скептическое. Да, иногда актеру удается высказать, затронуть какую-то частицу истины в своем творчестве. Но в целом театр — это... химера! Никакой актер, конечно, не согласится с этим определением. Я сам себя вспоминаю в те годы, абсолютно погруженного в мир кино и театра... Тогда бы тоже не согласился.
Гоголь, например, видел театр как школу. Школу размышления, вопрошания к Богу. Для этого Гоголь и писал так, как он писал: задавая вопросы всей России через свои «Мертвые души», например. Он писал о нравственности, о смысле жизни. Современный театр не тянет на такую высоту, совершенно не тянет. Конечно, сейчас есть православные и одновременно хорошо пишущие люди. Я знаю такого человека, это Владимир Малягин[1]. Он имеет отношение к Данилову монастырю и преподает в Литературном институте. Но таких немного, наверно, очень немного. И я не представляю, каким образом театр может помочь человеку выбраться на стезю правды Христовой.
— Может быть, только как первая ступень к христианству?
В.П.: Да... И здесь нельзя не сказать о нашей русской классике, которая в лучших своих произведениях очень многое сделала для того, чтобы человек пришел к вере: Пушкин, Лесков, Достоевский (безусловно), Толстой (с оговорками). В каждой их строчке звучит знаменитое пушкинское: «...что чувства добрые я лирой пробуждал». Но когда я сейчас, листая телевизионную программу, вижу: «Карамазовы. Мини-сериал»[2] — это же несерьезно! То есть очевидно, что в этом мини-сериале все очень «мини». Там цепляются за внешние факты, факточки, ситуации, но высказать мысль, которую заложил Достоевский в «Карамазовых», в эту огромную эпопею страдания и мук, невозможно! Это не под силу ни театру, ни кино, ни актеру.
— А как вам кажется, у вас все-таки получилось в каких-нибудь ролях сделать такое высказывание об Истине, шагнуть вместе со зрителем на ту самую первую ступень?
В.П.: Такие попытки, безусловно, были. Скажем, в фильме «Проверка на дорогах»: страшная история, впервые обнародованная в то время. Недаром картина 14 лет не выходила на экран. Эта вещь, в сущности, о смысле покаяния: о том, что за содеянное нами можно только покаянием оправдаться. А в той ситуации войны — жизнью[3].
И здесь можно говорить не только о герое, Александре Лазареве, но и о реальных людях. Ведь такие люди, как Лазарев, были, и они так и расплачивались. Хотя это и редчайший случай.
Наталья Ивановна: И редчайший фильм!
В.П.: Конечно, мой скептицизм, такой решительный и бесповоротный, тоже уязвим, я думаю. Все-таки я уже долгое время живу как бы на обочине театрального мира. А ведь можно представить, что тот же Володя Малягин вдруг напишет пьесу (а он может это сделать), пронизанную истинно православным, христианским чувством, и найдется такой режиссер, такой театр... И тогда то, что я говорю, станет не очень справедливым.
— А вы знаете Московский театр русской драмы под руководством Михаила Щепенко[4]? Это тот уникальный случай, когда у художественного руководителя театра есть богословское образование. Он по-настоящему хорошо ставит классику, не искажая ее, и даже современные вещи. И каждую пьесу глубоко, но одновременно ненавязчиво осмысляет с христианской точки зрения. Кажется, весь православный мир Москвы ходит в этот театр.
В.П.: Михаил Григорьевич Щепенко? Я помню его. Я с ним встречался, но это было так давно, что многое уже ушло из памяти... Но да, он из таких. Достойный и редкий режиссер.
Но я смотрю на эту проблему еще и с той точки зрения, что публика образовывает актера. Об этом Пушкин говорил. Какая публика сейчас может образовать актера? Где она, эта публика? Да, в зале может сидеть один человек, который, размышляя об увиденном, что-то скажет актеру или актрисе. Но ведь Пушкин говорил не об одиночке. Гоголь, например, разговаривал своими произведениями со всем русским православным народом, с его историей, с его муками, с его падениями и взлетами. Сейчас такого нет. Так что в этом отношении положение театра, конечно, очень тяжелое. И недаром в нем множество умелых и вместе с тем беззастенчиво безбожных деятелей. <...>
Примечания
- ^ Малягин В.Ю. — драматург, прозаик, сценарист, главный редактор издательства «Даниловский благовестник», член Союза писателей России, член Издательского совета Русской Православной Церкви, руководитель семинара драматургии в Литературном институте им. А.М. Горького.
- ^ Имеется в виду телесериал «Братья Карамазовы» (2008).
- ^ В фильме режиссера Алексея Германа-старшего «Проверка на дорогах» (1971) главный герой Александр Лазарев, ранее перешедший на службу к немцам, добровольно сдается партизанскому отряду и кровью готов искупить свою измену Родине.
- ^ Щепенко М.Г. — театральный режиссер, актер и педагог, художественный руководитель Московского театра русской драмы, заслуженный деятель искусств Российской Федерации, занесен в книгу рекордов Гиннеса как единственный профессиональный режиссер, имеющий высшее богословское образование (окончил Православный Свято-Тихоновский богословский институт в 1996 г.).