В основе второго номера цикла – стихотворение «Весна в лесу». В нём выразилось свойственное поэту детское удивление перед чудом жизни, радостное внимание ко всему живому, одушевление, очеловечивание всяких, даже малых существ. Композитор сократил текст, исключив 5-ю и 6-ю строфы (возможно, из-за их экспрессивности) и дал другое название. Вероятно, причиной переименования стало то, что главный музыкальный образ здесь – скрытое, внутреннее движение сил природы, таинственная жизнь растений. Очевидно, что главные слова текста, в соприкосновении с которыми возник этот образ, — во второй строфе стихотворения: «В каждом маленьком растеньице,/ Словно в колбочке живой,/ Влага солнечная пенится/ И кипит сама собой».
Оригинальна в этом романсе трактовка принципа строфичности. Восемь четверостиший композитор уложил в структуру из четырёх сдвоенных музыкальных строф: AB A1B1. Объединение A и B в макрострофу связано с контрастом экспонирования и развития музыкального материала. В разделе B обновляется вокальная мелодия, а в тональном плане после ряда далёких, преимущественно мажорных тональностей, происходит возвращение в главную: fis (A), C, C-F, D-G, gis, Fis. Двойное укрупнение (полустрофы – сдвоенные строфы — макрострофы) обеспечивает большую цельность композиции.
Образ тайного непрестанного движения жизненных соков воплощён в моноритмической фигурации аккомпанемента. Остинато восьмых звучит сначала только у фортепиано, а от ц.22 и у дерева. Фигурация по звукам аккорда вновь, как и в первом номере, ассоциируется с лирической фанфарностью (нотный пример №2). Но здесь эти весенние фанфары, благодаря стаккатному штриху, напоминают и о звучании маленьких часиков, — о ходе времени. Переклички же флейты и кларнета в 3-й и 4-й музыкальных строфах (A1 B1) и в этом романсе отдалённо ассоциируются с пением птиц.
Моноритмия, символизируя постоянство и непрестанность движения, сочетается с изменчивостью, вариантностью, как это свойственно природе. Варьируются: рисунок фактурной ячейки, восходящее и нисходящее направление в фигурации, интервалика, масштабы структур (при постоянстве идеи суммирования). Бесконечность этого таинственного perpetuum mobile подчёркивается окончанием всего номера на неустойчивой форме тоники, на тоническом квартсекстаккорде.
Образ движения оттенён некоторой статикой гармонии, особенно в началах нечётных строф (A и A1), с их длительным фигурированием тоники. Светлому, «лучистому» колориту тональности Fis-dur мягко контрастируют в развитии немногие минорные краски: ais, gis, fis, h.
Вокальная мелодия этого номера сродни детской песенке. В первой малой строфе — тождество ритма фраз, секвентность предложений, «рифмы» кадансов, диатоника, повторность незатейливых мотивов. Вторая полустрофа, начавшись так же, продолжается чуть иначе. В ней – мечтательное отклонение в ais-moll, хроматическое опевание светлой терции субдоминанты и соскальзывание на VI пониженную ступень. Мягкая минорная субдоминанта и тоникально звучащая гармония ais-moll оттеняют главную тональность Fis-dur.
Татьяна Кацко. : Вокальном цикл «Последняя весна»