— Часто ли у музыки в кино есть возможность звучать самостоятельно? Полновесно?

— Да. Почти в каждом фильме есть хотя бы одно такое место. В этих случаях форма музыкального эпизода может быть самодостаточна, как грань общей формы фильма. Чаще всего режиссёру нужна музыкальная кульминация на титрах и ближе к концу. Кстати, о кульминации. Есть такая подлая закономерность: самый лучший музыкальный эпизод фильма обычно приходится на кульминацию и если удаётся, то идеально с ней совпадает. На записи все счастливы, но, как правило, именно эта музыка в результате выбрасывается, и именно потому, что идеально совпадает, дублирует изображение, переводит на язык звуков — как для слепых — то, что в этот момент происходит на экране. Когда этот эпизод смотрится отдельно от диалогов и шумов и, главное, отдельно от фильма, кажется, что вот теперь благодаря совпадению музыки и экрана вся идея картины в нем уместилась. Но в контексте всего фильма все выглядит иначе. Точное совпадение рядов начинает мешать. Такие истории были со мной много раз. Вот только что — с картиной И. Авербаха «Фантазии Фарятьева».

Там есть кульминационный эпизод, где героиня уходит к таинственному персонажу по фамилии Бетхузов (почти Бетховен), — страшная истерическая сцена, когда она мечется по комнате в пьяном эмоциональном возбуждении. Была написана музыка. Когда мы посмотрели на столе, выяснилось, что все движения Неёловой, её реплики и музыкальный фон абсолютно, как в балете, совпадали, хотя мы писали без экрана. И Авербах мне сказал, что нужно переделать. Это закономерность, совершенно чёткая. Эпизод, в котором достигнуто максимальное совпадение музыки и изображения, не работает. Максимального совпадения не должно быть. Такой же случай был с картиной «Осень» — я написал музыку до съёмок, снимали под черновую фонограмму. И хотя Андрей Смирнов ничего не выкинул, у меня позже было ощущение, что от иных музыкальных эпизодов нужно было отказаться, их точное совпадение с изображением — наложение, калька — было неприятно. Ритм все равно непроизвольно задаётся движениями актёров, и дублировать его музыкой очень опасно.

Беседу ведёт Евгений Баранкин

Альфред Шнитке: «Соединяя несоединимое» // Искусство кино, № 2, 28 февраля 1999