Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
Таймлайн
19122020
0 материалов
Поделиться
Точка эпизода
О режиссуре и роли Николая Крючкова

«Слово в фильме — самый протяженный его элемент, — утверждает Иосиф Ефимович Хейфиц. — Вот входит человек и говорит “Добрый вечер, товарищи!” Этот “добрый вечер” занимает более двух с половиною метров фонограммы, и, значит, ему должны соответствовать два с половиной метра изображения.

Но ведь испуг и счастье Наташи Ростовой в момент, когда она, отвечая на приглашение Андрея Болконского, своею проявившейся из-за готовых слез улыбкой как будто сказала ему: “Давно я ждала тебя”, — ведь это тоже на прозаическом языке монтажа “весит” два с половиной метра. Но сколько сложных чувств, какая сверкающая гамма человеческих эмоции, какое яркое внутреннее действие выражено в этом коротком куске. Сколько же понадобилось бы места и времени, сколько неумолимых секунд и метров ушло бы на выражение этого куска в диалоге! Да и вообще, можно ли показать все это словами?»

Для творческой позиции кинорежиссера высказанное положение характерно и важно. Оно, в частности, объясняет выразительную значимость актерского жеста, непременное качество всех актерских сцен у Хейфица. ‹…›

К появлению в игре актера подобных жестов Хейфиц как правило, имеет самое непосредственное отношение. Порой они возникают на репетиции, а иногда даже непосредственно на съемочной площадке. Но гораздо чаще они бывают предусмотрены заранее и содержатся уже в режиссерской разработке сцены. ‹…› В ‹…› фильме Хейфица «Дело Румянцева» есть, например, сцена, где заведующий гаражом Корольков, связанный с шайкой жуликов, подсовывает ничего не подозревающему Румянцеву отличному, с безупречной репутацией шоферу — очень важное для себя «левое» поручение. В рабочей тетради развитие этой сцены режиссер определяет следующим образом: «Корольков вначале наигранно-сурово диктует маршрут на две-три недели длительностью. Заметив смущение Румянцева переходит на юмор. Все, мол, понятно — могу дать маршрут полегче. В этой ловкой игре — ключ эпизода. Как говорит народ — Сашу Корольков «купил», т. е. обманул, разыграл, обвел.

...Во время диалога кричит кому-то в раскрытое окно: «Потом зайдешь, сейчас не могу!»

Сквозная деталь — много пьет воды. Это от обжорства, от пьянства. Вынимает из несгораемого шкафа пачку «Казбека». Отрыжка.

Снимает с гимнастерки или пиджака длинный женский волос. Это точка эпизода.

Вот этот последний, подсказанный режиссером жест великолепно использует исполняющий роль Королькова артист Николай Крючков. Преувеличенное внимание, с каким, поежившись, скосив глаза, снимает Корольков с воротника беспокоящий его волос, отлично передает и тщательно маскируемую заинтересованность в исходе разговора, и внутреннюю неуверенность, которую он пытается скрыть под маской нарочитой небрежности. Жест персонажа и его мимика, ясно обозначившие психологическое состояние, говорят о нем столько, сколько едва ли можно было ждать от диалога такой короткой сценки.

Сэпман И. Актерский кинематограф И. Е. Хейфица // Вопросы истории и теории кино: сборник трудов. Л.: Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии, 1973.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera