Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
Таймлайн
19122021
0 материалов
Поделиться
Женщина с неправдоподобной кинематографической судьбой
Творческий портрет

‹...› Женщина-режиссер — на снобистском «Ленфильме» это звучало как анекдот (да и вообще было не очень распространено в советском кино). Но Кошеверова мужской характер вырабатывала тщательно и добилась желаемых результатов. На съемках она была предельно жесткой; недаром в ее фильмах не найти ни одной сентиментальной сцены. Кошеверова ставила почти исключительно комедии — при этом многие отмечали, что в жизни (в быту) у нее совершенно отсутствовало чувство юмора. Но, погрузившись в чопорный ленфильмовский мир, она вынуждена была принять правила игры и сама окружила себя массой условностей.

Надежда Кошеверова

Таким сформировался характер Кошеверовой к середине 1950-х гг., такой она осталась в памяти всех, кто общался или работал с ней. Но пока этот характер формировался (в 1930-е — 1940-е гг.), Кошеверова делала совсем другое кино. Она не сразу пришла к сказкам. Первая, не сохранившаяся ее картина «Однажды осенью» (1937) — экранизация горьковского рассказа — была создана приемами психологического, камерного кино. С юмором, но в то же время достаточно сурово для предвоенного кино изображена тыловая жизнь в фильме «Галя» (1940). Наверняка запрет этой картины о финской войне стал одной из главных причин ухода Кошеверовой от реалистического, «серьезного» кино. Первым обращением к сказке стал фильм-опера «Черевички» (1944). На этой работе, в которой тяжеловесный стиль оперы Петра Чайковского на удивление дружно уживается с изящным гоголевским рассказом, Кошеверова впервые встретилась с Михаилом Шапиро — режиссером невероятно изобретательным и прекрасно чувствовавшим музыку. В этом же тандеме в 1947 г. она поставила удивительный фильм «Золушка», чудом успевший проскочить на экран незадолго до начала «малокартинья».

Золушка была единственной киносказкой, начисто лишенной социального подтекста: взять хотя бы то, что главными носителями добра, кроме самой Золушки, были Король и Принц — первые положительные августейшие особы на советском экране. Но самое важное: Кошеверова и Шапиро, первыми из кинематографистов, поняли, что дети — пусть даже на подсознательном уровне — воспринимают прежде всего форму, а уже потом — содержание. А форма Золушки была воистину революционной, как бы парадоксально это ни звучало. Достигалось это, прежде всего, условно-декоративным оформлением, ставшим в 1960-е гг. едва ли не нормой, но в 1947 г. выглядевшим вполне сенсационно (художником фильма был Николай Акимов, вообще оказавший сильное влияние на все творчество Кошеверовой). Не менее важную роль, конечно, играл и блистательный текст Евгения Шварца — писателя, придававшего огромное значение слову, форме. Впрочем, Кошеверова далеко не сразу поняла, в чем причина исключительного успеха Золушки, — ее самостоятельные картины 1950-х гг. были довольно традиционными и в конце концов привели режиссера в тупик.

И тогда она вернулась к стилю Золушки, опять пригласила Шапиро и поставила «Каина XVIII» (сценарий Николая Эрдмана по мотивам пьес Шварца). Оставшиеся двадцать пять лет, работая уже самостоятельно, Кошеверова твердо придерживалась этого русла, работая с первоклассными художниками и писателями — с переменным успехом. В фильме «Старая, старая сказка» она, задолго до Марка Захарова, использует современную фактуру диалога для сказочной истории («разменять королевство с доплатой» — говорит Король Владимира Этуша, предвосхищая уморительных осовремененных монархов Евгения Леонова и Леонида Броневого в Обыкновенном чуде и Мюнхгаузене... соответственно), а также задействуя для сказочной романтической любовной пары суперсовременных актеров — Олега Даля и Марину Неелову. После «Старой, старой сказки» ни один фильм Кошеверовой подлинного успеха уже не имел. В историю кино эта женщина с неправдоподобной кинематографической судьбой, безусловно, войдет как соавтор «Золушки», фильма на все времена.

Багров П. [О Надежде Кошеверовой] // Новейшая история отечественного кино. 1986–2000. Кино и контекст. Т. 5. СПб.: Сеанс, 2004.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera