Динара любила сценарий «Дятла», но, снимая фильм, разрушила его прежде всего интонационно. Я смотрела материал картины в процессе съемок. В первые съемочные дни у меня возникло ощущение, что это не Клепиков. Новое, неожиданное я не готова была принять, находясь целиком под влиянием сценария. Постепенно материал фильма приобретал убедительность непреложности. Возникала удивительная картина, в которой сюжет играл далеко не главную роль. Мир детства с зачарованной чертой, отделяющей его от взрослого мира; его подлинный драматизм; мир свободы и поэзии, его непримиримое столкновение со здравым смыслом житейской логики возникали на экране среди конкретных примет социально обусловленного времени. Способ режиссерского мышления, незаурядная пластическая одаренность Асановой поместили все это в среду, кажущуюся стихийной. Фильм поражал гармонией свободы, интонацией радости бытия, торжествующей молодостью.
Чумак М. Преданность детству // Динара Асанова. У меня нет времени говорить неправду: Дневниковые записи, режиссерские заметки, статьи, интервью Динары Асановой и воспоминания о ней. Л.: Искусство, 1989.