Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Таймлайн
19122022
0 материалов
Поделиться
Динара шла к простоте
Из воспоминаний Валерия Приемыхова

‹…› У Динары герои поступают так, как хотят, как чувствуют. Оттого на них интересно смотреть, они пульсируют, живут, поворачиваются по-человечески множественными гранями. Мы никогда не репетировали. Приноравливались друг к другу, обживали обстановку, да, но по-попугайски искать интонацию — этого не было. Стоишь на площадке, говоришь со своим партнером — и ловишь ревнивый взгляд Динары. Ей жаль нашего общения, наших живых разговоров — это надо снимать. Наши пристройки друг к другу, несогласие, симпатии — надо снимать. Когда-то Чехов на вопросы актеров, как играть, отвечал смущенно: «Там (в пьесе) все написано». Динара говорила: «Господи, ты что, никогда не знакомился с девушкой, не ругался с женой, не получал кулаком? У тебя все это есть, ничего не надо играть. Надо взять из своей жизни — там все написано».

Наши отношения с Динарой не были ровными, розовыми. Однако мы проработали бок о бок около десяти лет и собирались работать, сколько хватит сил. Ей казалось, сил хватит на все и даже на «вдруг». Я никогда не понимал этого «вдруг». Мне казалось оно легкомысленным, авантюрным. Я ошибался не всегда, но часто. Последний раз с телепостановкой «Дети раздоров». Она уговорила меня играть, я согласился, злясь на себя за это согласие. «Вот увидишь, — говорил я, — увидишь, какую халтуру мы сделаем!» Усмехалась. Резонанс, который вызвала эта работа, вышедшая на союзный телеэкран уже после ухода Динары, был не просто широким. ‹…›

 Если попытаться выстроить какую-то линию ее творчества, движение ее как художника, то самое верное — Динара шла к простоте. «Просто сидят и разговаривают». Это не элитарное кино, где говорят чужими словами «об умном». Простое кино о том, как люди живут. Что их волнует сегодня, сейчас. Оттого трудно было привыкнуть к ее манере.

«Вчера в очереди увидела, надо вставить в эпизод...» «Вчера Коля прочел в журнале, как бы это использовать?» «Смотрите, какой замечательный дед наблюдает за нашей съемкой. Люда, вызови на завтра».

Динара владела редчайшей в мире профессией — кинорежиссер. Не режиссер вообще, а именно кино. ‹…› На самом деле мы редко видим чистое кино, действующее на какие-то стороны нашего восприятия, не затрагиваемые музыкой, театром, литературой. Давняя Динарина статья, вызвавшая спор («Сценарий умирает — рождается кино!»), вспоминается критиками с благодушными оговорками: «Погорячилась, неловко выразилась, была излишне категорична». А в раздумьях Динары поиски специфического восприятия действительности посредством кино. Хорошая литература пусть читается, музыка слушается, живопись смотрится, а что такое кино? В ее запальчивости отражение вопроса: почему из хорошей литературы получается плохой фильм и наоборот?

Из работы с ней: «Динара, как получилось?» «Не знаю, надо посмотреть на пленке». «Динара, как материал?» «Не знаю, надо монтировать». Это все имеет отношение к искусству кино. Серия рисунков к картине еще не картина. Бывают гениальные рисунки и скучная живопись, небрежные наброски и явление искусства. Написанный сценарий не фильм, даже снятый материал еще не фильм.

 Самые радостные минуты работы с Динарой — рассуждения о будущем фильме. Разговорное проигрывание картины, которая никогда не осуществится. С Динарой всегда получалось несколько фильмов, один интереснее другого. Сначала — между прочим о какой-то идее, потом написание сценария и разговоры за столом о написанном, съемка вслепую, пока не проявлена пленка, готовый материал; наконец, окончательный вариант картины. Он не обязательно был самым лучшим. ‹…›

У нее была мечта — начать снимать картину, не имея готового сценария. Не ломать натуру, не подгонять актеров под известную схему, плясать от «печки».

С Динарой работать легко и счастливо. Картина снималась обычно на месяц раньше срока. Попросили бы — снимала бы быстрее. Не мешали бы — в мгновение. Легкость работы возникала оттого, что работали все. Причем каждый имел свою точку зрения — как снимать, что снимать и кого. Один приглашенный актер сказал: «Не шедевр снимаем». Роль его сократилась на две трети. Не потому, что Динара «вырезала». Нет, ей стало скучно, и материал с актером получился скучный. Больше Динара с ним не работала. Вынуждена была уйти из группы одна из постоянных помощниц. Засмеялась во время важной сцены. Засмеялась не над кем-то, просто оттого, что была занята на съемке чем-то посторонним. Для Динары дело было всегда важнее всего. Это понималось даже хулиганистыми мальчишками из «Пацанов».

Приемыхов В. Режиссер кино // Динара Асанова. У меня нет времени говорить неправду: дневниковые записи, режиссерские заметки, статьи, интервью Динары Асановой и воспоминания о ней. Л.: Искусство, 1989.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera