Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
Таймлайн
19242017
0 материалов

Зазнайкин в Стране невыученных уроков

Мультипликация как счастливый билет в мир праздных удовольствий и безответственности. Школа отменяется!

Автор: Денис Горелов
Поделиться

Школа пришла в мультфильм в конце 1940-х, знаменуя окончательную победу Реставрации. Вместе с погонами в армии, патриархией в церкви, культом академических театров и пантеоном имперских героев детям были возвращены гимназическая форма, раздельное обучение, кадетские (то есть суворовские) корпуса и школьные служители с метлой и колокольчиком. Новое царство регламента возродило жанр толстовско-религиозной притчи о злоключениях непослушных детей, немедленно поместив их под гласный тотальный надзор. Помимо семьи и школы, за неучами следили и стыдили: говорящие воробьи, клоуны в цирке, светофоры, матрешки, оловянные солдатики, точки с запятыми, радиоприемники и омерзительные фифы-отличницы (противоположный случай, когда отстающую девочку перевоспитывают образцовые мальчики — например, Чижов, Рыжов и Пыжов, — приключился всего однажды, в мультфильме «Друзья-товарищи»). «У самой мозги фарфоровые, а туда же — воспитывать», — говорил в таких случаях деревянный человечек Буратино.

Кадр из мультфильма «Вовка в Тридевятом царстве». 1965

Расхристанная душа оболтуса рвалась на волю — и мультипликация дарила ей счастливый билет в мир праздных удовольствий и безответственности. Страну ошибок, Невыученных уроков, Тридевятое царство и Царство лжи — словом, на Остров дураков, где деревянному человечку Пиноккио выпадал уникальный шанс и приключение пережить, и невредимым домой вернуться. В фальшивом раю его подстерегала жуткая кунсткамера из хищных двоек и гигантских муравьев, полутора землекопов и крутонравных царей с их «Эй, стража!» на любую неотгаданную загадку. Возврат за парту был в таких условиях сущим счастьем.

Родовыми пороками новой назидательности были многословие и безразмерный метраж.

Привлеченные в качестве сценаристов ветераны детского эпоса Олеша, Кассиль и Вольпин с Эрдманом просто не понимали спринтерского характера мини-скетчей. Мультфильмы длились по 15–20 минут, что для стремительного мира сиюминутных превращений и перемещений было настоящим тягучим марафоном.

Если девочка приходила за умом-разумом в цирк, ей (и зрителю) приходилось высидеть до финальной нотации все представление с наездниками, фейерверками и клоуном Карандашом («Девочка в цирке», 1950). Если лодырь лез в капитаны, не зная дробей, его не могли сразу ткнуть носом в ошибку, а заставляли раз пятнадцать тонуть и погибать среди акул — где никакие дроби не помогли бы («Степа-моряк», 1955). С появлением профессиональных мультсценаристов фильмы стали короче и понятнее, но только в самом конце 1970-х сверхлапидарный «Ералаш» породил рисованный аналог — альманах «Переменка» из двухминутных анекдотов.

Однако самый долгий, самый категорический запрет поначалу сохранялся и там. С первого же школьного мультика «Федя Зайцев» (1948) скверных рисованных детей поразили в основном праве юного гражданина СССР — быть пионером. Лодырь, лжец, лентяй и лоботряс не мог состоять в ордене юных ленинцев. В жизни мог, в мультипликации — никогда.

В жизни мог, в мультипликации — никогда. В «Девочке в цирке» звучало: «Не знать такого пустяка отличница не может! — Вход в цирк не запрещен пока и двоечницам тоже». Так то в цирк. Ленивица Нина была одна на весь зал без галстука. Шалопай Федя Зайцев забывал его на стуле, а в римейке «Человечка нарисовал я» (1960) тот просто упархивал в сторону. Впервые хитрец и обманщик обрел законный алый треугольничек во втором выпуске «Переменки» в канун вольных 1980-х.

Зато фамилия была у всех. Школьников опознают пофамильно, и мультфильм не стал отступать от канона. Сначала героев звали никак — Зайцев, Сорокин, Семенов и Строганова, но с начала 1960-х мир невыученных уроков обогатился незабываемыми Баранкиным, Перестукиным, а позже Зазнайкиной с Бармалейкиным. «Ералашевский» многостаночник В. Алеников поспел и на «Союзмультфильм» сценаристом, и в «Переменку»-2 проник его незаменимый Васечкин (правда, в связке не с Петровым, а с Пахомовым). Неслухи и забияки делались все симпатичнее. Это круг прегрешений прежних тридцати лет ограничивался ленью, витанием в облаках и нытьем «Я учил».

На заре 1980-х грянул подлинный праздник непослушания: появились прежде недопустимые на экране плевание из трубочек жеваной бумагой (впервые — в 1975 году в «Наследстве волшебника Бахрама»!), спички в потолок, запуск ластика с линейки и бой с ноги по кнопкам лифта. Бармалейкин вздумал отменить живую историю, украв у Галилея стереотрубу, у Кеплера — секстант, а у неандертальца каменный топор («На задней парте», 1976–1982). Авторы презрели в упоении еще одно табу, проведя кривую эволюции от членистоногих до Бармалейкина, стоявшего на схеме голым и с отчетливыми первичными признаками, то есть вполне себе членистоногим. В ответ хулиган зацепил на Знайкиной нитку, распуская полосатый купальник и тоже оставив в одних очках.

«На задней парте». 1980

Крушение норм и запретов убило жанр: дети без тормозов оказались на Острове дураков и в жизни, и на экране. Двойки стали нестрашными, учителя — безответственными, а полтора землекопа — даже прикольными. Раньше мультик «Чудеса средь бела дня» (1978) пугал антиутопией — какой кайф, а после хаос наступит, если весь мир забудет об обязанностях. В школу не погонят, но и завтрака не дадут. Мама пропустит работу, водитель свернет с маршрута, пожарный плюнет в огонь, и настанут коллапс и анархия. Пророчества сбылись. Мальчик некормленым убегает в школу (а может, и не в школу), когда родители еще спят, а отец сутки напролет гоняет мультфильмы, делая вид, что работает.

На том и прекратил свое существование школьный мультфильм.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera