Лидия Маслова: Борис Хлебников ‹…› демонстрирует умение снимать фильмы о людях, в жизни которых ничего не происходит, — умение уникальное, потому что разглядеть эстетический смысл в рутинном бытовом действии можно только при особо тонком устройстве зрительного аппарата. ‹…› у Хлебникова в глазу сверхчувствительный микроскоп, а в душе — обостренное ощущение тоскливости монотонного человеческого существования.

Александр Шпагин: Произведение лишь временами занятно, а временами невнятно, и самое главное — что прискорбно — слишком понятно. ‹…› Конечно, «Свободное плавание» — отнюдь не соцреализм, но до подлинного реализма он никак не дотягивает — нет ни характеров, ни отношений, ни серьезных конфликтов. Не дотягивает он тем паче и до экзистенциального состояния, поскольку у героя взаимоотношения со средой вообще никак не выражены, внутренней драмой тут и не пахнет. Есть вполне милый киноочерк, легкое непритязательное эссе, ‹…› легко заполняемое однозначными соцреалистическими смыслами — они всегда там, где пустота.

Зара Абдуллаева: Правильное направление удара, несомненные фактура, натура, композиция кадра и последовательная внимательность к заветам независимого кино. Но картина все-таки вышла стилевая, чистенькая, лишенная внутреннего напряжения и решительности хоть где-то, хоть как-то поступить по-режиссерски свободно.

Александр Трошин: В «Свободном плавании» ноль пафоса, но молчаливое беспокойство. За всю нашу многотерпеливую, безъязыкую, бездорожную страну, явленную в этом бессловесном пареньке и в этой полусонной российской глубинке.

Елена Плахова: «Свободное плавание» — точное, можно даже сказать, точечное кино, бьющее прямо в цель, искусно балансирующее между предметом и стилем. Кино локальное, но не в смысле «местного значения», а просто очень конкретное и земное. Хотя немного больше воздуха и шире дыхания ему бы не помешало.

Алексей Гусева: Прозрачная, неспешная, деликатная проза высшей пробы: ни одного лишнего акцента, ни одной провисшей монтажной фразы, формальное совершенство без единого формального изыска. Самый достоверный за долгие годы экранный образ русской провинции как она есть, без умиления перед разудалой фольклорностью и ужаса перед нутряной архаичностью. ‹…›

Павел Кузнецов: Я бы назвал эстетику фильма своеобразным «киноаутизмом». Когда вокруг много шума из ничего, минимализм картины, в которой паузы и «пустоты» по-настоящему многозначительны и придают вес каждой реплике. С одной стороны, это вполне «эстетская» работа, но с другой — ее медитативный ритм точно соответствует жизненному ритму глухой российской провинции: такие попадания удаются редко.

Евгений Марголит: Показательно, что отечественное кино нового поколения болеет мучительной неспособностью найти развязку сюжета.

‹…› Точная, многообещающая заявка, едва ли не безупречная атмосфера, изощренная точность деталей — куда девается все это в последней трети? Лихорадочное, поспешное, скороговоркой придумывание финала. Развязка — как оговорка. Совершенно не мужское поведение, боязнь договорить и услышать внятный ответ.

Думаю, что «Свободное плавание» создается как оправдание этой беспомощности и боязни — умело и последовательно выстроенное. Неспособность авторов взглянуть реальности в лицо объясняется ее безликостью и безъязыкостью.

Тут-то прием и срабатывает. Дайте весь фильм на общих планах или средних — и не увидите глаз. Зато соблюдете пафос дистанции. Сделайте слово равным шуршанию мусора на дороге или палой листвы — и полная безъязыкость реальности наглядно продемонстрирована. Поколение обретает прием, с помощью которого ответственность перед реальностью с себя можно снять. В этом смысле «Свободное плавание» едва ли не манифест.

Елена Грачева: В фильме «Свободное плавание» Бориса Хлебникова мучительность пространства и его идентификации и освоения, несобственно-прямая речь отсутствует. Кино создает совсем другое пространство и другую парадигму ассоциаций: стоячая жизнь в провинциальном городке во всей полноте подробной повседневности — и подросток, который не очень-то понимает, что он чувствует, но совершенно точно хочет что-то делать, и сделать, и «быть кем-то по профессии». ‹…› Почти аутичное нащупывание контакта с окружающей реальностью в сценарии трансформируется в классический роман воспитания, отличный роман, но с совершенно другим героем и совершенно другим образом реальности.

Станислав Зельвенский: Хлебников ‹…› демонстрирует исключительное чувство кадра и ритма, чуткость к микродвижениям — качество, без которого [фильм] издавал бы лишь монотонное журчание. Когда в поле зрения оказывается больше одного человека, режиссер начинает заметно нервничать, а любое целенаправленное движение синонимично суете и вызывает у него, как и у героя, паническую атаку. «Свободное плавание» — почти что диафильм ‹…›.

Маслова Л., Шпагин А., Абдуллаева З., Трошин А., Плахова Е., Гусев А., Кузнецов П.  Сеансу отвечают: Свободное плавание // Сеанс. № 29–30. 2006.

Марголит Е. «…И нет в творении творца…» // Сеанс, № 29–30, 2006.

Грачева Е. Прорва// Séance.ru. 2011. 29 мая.

Зельвенский С. Рецензия// Afisha.ru. 2006. 1 ноября.