Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
Таймлайн
19122021
0 материалов
Поделиться
Он устарел, он коршевский

Открыв дверь, я сразу видела себя в высоком старинном зеркале. Два сияющих глаза, в руках букет сирени, пахнущей свежестью... и Рахманиновым. Анатолий Петрович, открывая дверь, здоровается со мной за руку, я мгновенно превращаюсь «в красавицу». Это как сказка, бегу по лестнице — одна, после рукопожатия возвращаюсь — совершенно другая. Меня ждет внизу подружка Валечка, я «красавицей» вылетаю из подъезда, и мы идем гулять по улице Горького. В училище я рассказываю, что забегала к Кторовым.

Во МХАТе тогда говорили, что Кторов устарел. Он артист немого кино и вообще другой школы, он коршевский. В училище ни ему, ни Вере Николаевне Поповой преподавать не разрешали. Веру Николаевну выпроводили на пенсию, и ее последний потрясающий «Осенний сад», кажется, сразу или немного после — сняли.

В Москву приехал мой дядька, профессор, знаменитый одесский хирург, и когда я, влетев в дом, выпалила, что я от Веры Николаевны Поповой, он замер с рюмкой водки в руке и тихо сказал: «Боже мой, если ей когда-нибудь, что-нибудь будет нужно... для меня это такая честь, передай, пожалуйста. Господи, какая это актриса! Университет был влюблен в нее — вся моя молодость!» Я замерла, и только умница Наташа Захава, когда я ей это рассказала, мне ответила: «Ну, конечно, это же за-ме-ча-тельные артисты!».

«Замечательные артисты» жили в Брюсовском переулке. Самым удивительным в доме были стулья. Обычные стулья, с круглыми спинками и дырочками в сиденьях. Такие стулья раньше были у всех в Москве, но все их вдруг выкинули, отдали в деревню или на дачу. А у них они были золотисто-желтые, и им было совершенно наплевать на моду. Им было удобно. В узком длинноватом кабинете, на очень широком подоконнике стояли кактусы. На стенах изящно окантованные фотографии: Качалов, Марина Семенова — Одетта, те, кого они любили.

Семенова была их другом. Из-за нее я познакомилась с ними и была допущена в дом. Вера Николаевна Попова встретила меня тогда холодно: «Что это вы все хотите в театр!» А когда я ей прочитала «В овраге» Чехова и «Безумцев» Беранже, сказала Кторову: «Ей надо обязательно поступать». Я поступила в Щукинское, к Захаве. И долго-долго ходила в этот дом...

Я стою у Зала Чайковского, у большой афиши, что рядом с дверью филармонии. Из дверей выходит Кторов в клетчатом пиджаке, элегантный. «Анатолий Петрович, я так рада, что вы отсюда вышли, вот чудо. У меня сегодня день рождения, и я вас увидела — это же просто подарок». Он быстро подходит к киоску с цветами и покупает пять хризантем. «Как дела, Наташенька?» — «Я очень много играю, много езжу». «Это счастье, счастье, — говорит он. — Вы знаете, ведь я десять лет получал зарплату, ничего не делая, а сейчас, после „Войны и мира“, меня приглашают в Голливуд, а я не могу, я — старик...»

Первым «Милого лжеца» поставил в Ленинграде Николай Павлович Акимов. Театр приехал в Москву. Вера Николаевна взяла меня с собой на спектакль Акимова в Зал Чайковского. Пьесы я не знала. В антракте мы ходили по круглому фойе. И мне кажется, что Вера Николаевна «увидела» мхатовский великий спектакль уже тогда, в круглом фойе Зала Чайковского. Она уже видела Кторова — Шоу, трагического Кторова, такого, каким, кроме нее, никто его не знал.

Это был спектакль, после которого зрители не могли заснуть. Говорят, что даже Англию он потряс.

...Весной я иду по Брюсовскому, мимо церквушки в Неждановском, подхожу к дому и смотрю на окна, в которых уже не мелькнут их лица. Сколько раз в трудную минуту я бежала к этому дому, к этим окнам...

Маева Н. Тогда в Брюсовском... // Советская культура. 1991. 20 апреля. С. 5.

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera