Таймлайн
Выберите год или временной промежуток, чтобы посмотреть все материалы этого периода
1912
1913
1914
1915
1916
1917
1918
1919
1920
1921
1922
1923
1924
1925
1926
1927
1928
1929
1930
1931
1932
1933
1934
1935
1936
1937
1938
1939
1940
1941
1942
1943
1944
1945
1946
1947
1948
1949
1950
1951
1952
1953
1954
1955
1956
1957
1958
1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
1966
1967
1968
1969
1970
1971
1972
1973
1974
1975
1976
1977
1978
1979
1980
1981
1982
1983
1984
1985
1986
1987
1988
1989
1990
1991
1992
1993
1994
1995
1996
1997
1998
1999
2000
2001
2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Таймлайн
19122022
0 материалов
Поделиться
Это не он себя двигает
Виталий Манский о «Свидетелях Путина»

(Беседу ведет Даниил Антонов)

— Есть ли у вас свидетельства или отзывы о том, что люди, которые смотрели кино, стали лучше понимать Россию? Это было главной целью фильма?

Я думаю, что, если у фильма есть одна конкретная цель, он сужает свою силу, энергию и значение. У картины должен быть большой диапазон целей. И да, одна из целей — это более объемное понимание России и тех процессов, которые привели страну к кризису, как понимают на Западе, и с чем, может быть, не согласны люди внутри России. Но кроме этого фильм помогает понять процессы формирования власти. Они, по большому счету, идентичны в разных обществах, но есть определенные национальные и этические особенности. Борьба за власть, компромиссы при принятии решений — они присутствуют везде. И это подтверждается нашими обсуждениями с аудиториями в разных странах. Люди смотрят эту картину и примеряют эти истории на свои страны. Иными словами, смотрят, как «Карточный домик». Мы же этот сериал не смотрим как исключительно американскую историю. Только «Карточный домик» придуман сценаристами, а здесь зрители получают возможность погрузиться в реальные перипетии и почти полудетективные истории, последствия которых мы все наблюдаем сегодня.

— Было ли у вас ощущение, что Путин раскрылся в вашем фильме, и изменилось ли это ощущение по сравнению с 2000 г.?

Вопрос про Путина, который полностью раскрылся, не вполне корректен. Любой человек не способен полностью раскрыться даже перед собственным отражением в ванной комнате, когда он выходит из душа. Мы по природе своей закрыты. В какой степени открылся Путин? Мне судить трудно, но то, что он четко соответствует парадигме политических запросов 1999-2001 гг. в этой картине, — это очевидно. Он исполняет роль человека, которого решили двигать в президенты. Ведь это не его кампания. Это не он себя двигает в президенты. Это команда людей, которая сделала ставку конкретно на Владимира Владимировича, тогда еще Володю Путина, который нынче стал лидером нации.

— В начале картины вы несколько раз повторяете, что у нас в стране работает пропаганда и практически отсутствуют независимые медиа. Мы внутри страны все это знаем. Получается, что картина больше ориентирована на западного зрителя?

Конечно, когда делаешь фильм, ты должен и обязан ощущать свою аудиторию. И замыкаться исключительно на аудитории, полностью посвященной в обстоятельства событий, о которых повествует твоя картина, не очень разумно. Но и делать учебник истории или хрестоматийную лекцию о том, что такое Россия, как она устроена, тоже неверно. Всегда идешь по пути баланса. Полагаю, что в этой картине баланс соблюден в тех объемах, в которых он должен быть соблюден. Для того, чтобы западная аудитория понимала происходящее на экране, а российская аудитория чувствовала искренность и естественность повествования, а не воспринимала это как некую такую импортно-экспортную версию. Эта картина прежде всего для российской аудитории. И говорит она с российской аудиторией на доверительном для каждого россиянина языке.

— Вы ездите со «Свидетелями Путина» по международным фестивалям и все время рассказываете о том, как обстоят дела в России. Но в России фильм на «Артдокфесте» не покажут. Может, снимать фильмы на более отвлеченные от политики истории?

Конечно, фильм всегда является катализатором для обсуждения темы, которую он затрагивает. Конечно, если я делаю картину, связанную с операцией «Преемник» и становлением Путина в качестве президента России, то аудитория в первую очередь интересуется политическими аспектами. Но я считаю, что очень важно делать фильм о том, что людей волнует, что заставляет их анализировать и осмысливать сутевые вопросы. Потому что иной раз мы видим фильмы, которые ни к чему нас не призывают. И бедный зритель, отсидевший в зале полтора часа, потом еще вымучивает какой-то вопрос, чтобы совсем не обидеть режиссера. К сожалению, это нередко происходит и на больших фестивалях. Поэтому я считаю, что кино должно попадать в нерв общества.

— И времени?

Абсолютно. И в этом случае фильмам гарантирована долгая жизнь, потому что тогда к ним возвращаются многие поколения. Такие фильмы фиксируют что-то очень важное. А вот такое «кино вообще» заполняет пространство сегодняшнего дня, растворяется и исчезает.

— Фильм сделан из ваших личных архивных съемок. Вы больше не могли держать этот уникальный материал у себя, хотелось им поделиться? Или вас вдохновило что-то конкретное?

К этому материалу следовало вернуться после 2012 г., когда мы стали свидетелями операции по возвращению Путина после временного Медведева. Когда стало понятно, что изменение Конституции (два раза по шесть) гарантирует нам Путина уже на 24 года. А 24 года в российской политике — это уже навсегда. В этот момент я понял, что я обязан вернуться и к переоценке собственной ответственности за участие в президентской кампании, и для того, чтобы предложить тем, кто еще способен к анализу, вернуться к событиям двухтысячного года, чтобы не повторить их в будущем.

— Ближе к финалу фильма Путин говорит про возвращение к обычной жизни. Таким образом, вы считаете, что он может вернуться к ней до истечения четвертого срока?

Что значит вернуться к обычной жизни? Он уже не вернулся к обычной жизни, он уже нарушил все принципы, все декларируемые им принципы, в том числе в этом фильме. И полагаю, что когда он произносил эти слова, то, конечно, не предполагал, насколько податливым окажется российское общество. Как легко ему будет это общество скрутить в бараний рог, завладеть им и подчинить себе. Одному себе. Полагаю, что он просто не мог это прогнозировать и думал, что через два президентских срока общество не допустит узурпации власти. А общество оказалось слишком слабым, нерешительным, безвольным. Поэтому и пожинаем плоды всей этой истории.

Виталий Манский: «В „Свидетелях Путина“ зрители погружаются в полудетективные истории». Беседу ведет Даниил Антонов // Ведомости. 23 ноября. 2018

Поделиться

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera